И мы начнем все сызнова…

На прошлой неделе все-таки произошло то, что было заранее анонсировано: президент США Д. Трамп заявил о выходе его страны из договора о ракетах средней и малой дальности со 2 февраля текущего года.

Реакция России последовала незамедлительно: инициативы всяческих переговоров по этому поводу прекратить, продолжить разработку тех видов вооружений, которые обеспечат безопасность нашей страны. Россия также заявляет о своем выходе из системы ДРСМД и берет паузу во внешнеполитических усилиях по этому поводу. Мы подождем, пока наши партнеры дозреют до понимания необходимости новых договоренностей в сфере контроля над вооружениями. И Трамп уже отреагировал: выступая в конгрессе, он заявил, что возможен новый договор, но при условии расширения количества участвующих в нем государств.

Ровно об этом говорили двумя днями раньше российские эксперты: США поставят трудновыполнимые условия, и ситуация станет тупиковой. Позицию США о выходе из ДРСМД поддержали главы европейских государств, обвиняя Россию в нарушении условий договора. Этому мы уже не удивляемся: мы теперь во всем виноваты.

Что же теперь, начинать новую гонку вооружений? Президент страны В.В. Путин обращает особое внимание на то, что мы не должны и не будем втягиваться в затратную для нас гонку вооружений. Министр обороны С.К. Шойгу утверждает, что мы сможем провести научно-исследовательские и конструкторские работы в рамках имеющихся бюджетных назначений для Министерства обороны на 2019‑й и последующие годы. Это, конечно, радует. Но ведь, судя по всему, текущим годом эта история не закончится.

Как раз в эти дни, когда новости о ДРСМД заполнили все информационное пространство, я читала воспоминания советского журналиста-международника и российского дипломата А. Бовина. Он, как известно, был спичрайтером наших партийных лидеров на большом промежутке времени – от Хрущева до Горбачева – и много о чем знал. О борьбе за прекращение холодной войны и разрядку международной напряженности в 60 – 80-х годах прошлого века Бовин довольно подробно вспоминает. И тогда все было непросто. Американцы пошли на сокращение вооружений только тогда, когда убедились, что СССР – гораздо более устойчивая система, чем они предполагали. К тому же гонка вооружений очень напугала Европу. Ракеты ставили не на американском континенте, а в странах НАТО. В случае конфликта они становились мишенью.

Сейчас ситуация во многом повторяется. Европа снова может стать мишенью. А американцы пойдут на новые переговоры с нами только тогда, когда убедятся в нашей устойчивости, экономической стабильности. Ведь российский Президент не случайно говорит об экономическом рывке, понимая, что всерьез будут воспринимать только сильную Россию. Нам нужен устойчивый экономический рост, а не прибавка в год не то на полтора, не то на два процента. Причем речь идет о новом качестве роста, а мы по привычке все прикидываем, сколько выпускаем станков и тракторов. Станки и тракторы, конечно, нужны. Но не только они. Наукоемкие производства, новые технологии. Где они у нас? Вроде где-то есть, как нам сообщают, но в небольших количествах. Если, как в советские времена, нашими козырными картами останутся только ракеты и балет, никто с нами разговаривать не будет. Это будет зеркальным отражением 80-х годов прошлого века, которые, мы помним, чем завершились.

Похоже «цивилизованный» мир подзабыл, что такое гонка вооружений, военная угроза, опасность ядерного оружия. Чтобы вспомнить об этом, нужны реальные шаги государств, обладающих этим опасным потенциалом. Их пока нет. Так что мы подождем, когда у европейских партнеров проснется озабоченность собственной безопасностью, а не призрачной российской угрозой их демократическим институтам.