00:08 МСК
Среда
22 / 11 / 2017
1147

Виктор Минкин: «Я не подстраиваюсь под современность»

Неброская природа среднерусской полосы, глубина и пространство, минимализм деталей и стремление проникнуть в жизнь простых людей – вот главные атрибуты произведений художника
Автор фото: Димитрий Соколов | Виктор Минкин: «Я не подстраиваюсь под современность»
Фото: Димитрий Соколов.

В июле народному художнику России Виктору Минкину исполнится 70 лет. А 27 июня в выставочном зале Российской Академии художеств в Москве откроется персональная выставка его живописи. В экспозиции будет представлено около ста произведений разных жанров: портреты, пейзажи, натюрморты. В них царит гармония и покой. В своем творчестве В. Минкин верен русской реалистической традиции. Он мастерски передает на холстах состояния природы – от осеннего тепла до ледяной стужи, тончайшие нюансы света и тени. В каждом произведении – мгновение и вечность. Серебристо-серые цвета создают иллюзию мерцающей живописи, словно овеянной холодом тумана.

Накануне открытия выставки мы побывали в гостях у Виктора Алексеевича в его уютной мастерской на проезде Речников. Здесь рождается большинство работ художника. Во время беседы он рассказал нам:

… о неиссякаемых источниках вдохновения

– Я не люблю коллективные пленэры. Меня часто приглашают на них, но я отказываюсь. Мне нравится работать одному. Езжу писать этюды на свою родину, в Путятинский район. Я родился в глухой деревне Малиновке. Когда там закрыли начальную школу, мы переехали с родителями в соседнее село Унгор. На моих пейзажных полотнах в основном унгорские виды. Я пишу то, что близко и созвучно моей душе. Делаю наброски с натуры, а потом уже работаю на холстах в мастерской.

Раньше меня знали в России в основном как портретиста. На всесоюзных выставках я представлял портреты людей, которые жили рядом: колхозников, трактористов, доярок, механизаторов… Меня интересовал внутренний мир, сущность человека, его душа. Я старался показать нравственную чистоту и подлинную глубину реальной народной жизни. Я никогда не работал по заказу и не писал того, с кем был плохо знаком. Делал портрет матери, отца, сестры, своих наставников, близких друзей, среди которых поэты – Валентин Сафонов, Борис Шишаев. В последнее время пишу в основном пейзажи и натюрморты.

… о тех, кто вывел в мастера

– В школе-семилетке, где я учился, работал талантливый педагог, профессиональный художник Серафим Гаврилович Володин. Именно он разглядел мою тягу к рисованию. После окончания школы я поступил в Рязанское художественное училище, где одним из моих наставников был Петр Ильич Будкин. На мой взгляд, его можно считать великим живописцем рязанского края. Его дипломная работа в историческом жанре «Ползунов – изобретатель паровой машины» в послевоенные годы печаталась на страницах журнала «Огонек».

Училище я закончил с красным дипломом и поехал поступать в Санкт-Петербургский государственный академический институт живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина при Академии художеств. Конкурс был огромный. На живописный факультет тогда принимали около тридцати человек со всего Советского Союза. Не всех даже допускали к вступительным экзаменам. С первого раза в институт я не поступил – не прошел по конкурсу и вернулся обратно в деревню. В течение года жил дома и готовился к академии, уже зная, какого плана работы нужны для поступления. На будущий год мне поставили «пятерку» по живописи за портрет с руками, что было большой редкостью на вступительных экзаменах. Поэтому в институт я поступил уже без проблем. Мне посчастливилось учиться у крупнейших мастеров живописи того времени, которые оказали влияние на становление моей творческой индивидуальности.

Сначала я попал в мастерскую к известному живописцу Андрею Андреевичу Мыльникову. Он практически никогда не брал у своих студентов кисточки в руки, чтобы что-то исправить в их работах – предпочитал объяснять все на словах. А у меня неожиданно взял кисть и сделал несколько мазков. Ребята сразу сказали мне: «Все, Витя, больше не прикасайся к холсту, оставляй его на память».

Спустя некоторое время я понял, что мне гораздо ближе станковая живопись, чем монументальное искусство. И перешел в мастерскую к Виктору Михайловичу Орешникову, но в то время у него были серьезные проблемы со зрением, поэтому фактически преподавал у нас Борис Сергеевич Угаров. Он был ректором института и последним президентом Академии художеств СССР. С распадом Советского Союза она была переименована в Российскую Академию художеств. В отличие от Андрея Андреевича Мыльникова он любил исправлять недочеты в работах своих учеников. Брал кисточку и наглядно показывал практические живописные приемы.

После окончания института мне предлагали остаться в творческой мастерской при Академии художеств в Санкт-Петербурге. Но в последний момент я все-таки ­уехал в Рязань, где мне предложили взять в свое распоряжение мастерскую. Это сыграло не последнюю роль в моем решении вернуться на родину.

…о влиянии стремительного века

– Я не подстраиваюсь под современность, иначе жизнь пройдет мимо и ничего стоящего не сделаешь. В творчестве не надо гнаться за открытиями, они сами придут, если художник качественно выполняет свою работу и ответственно относится к своему делу. Безу­словно, время не стоит на месте. Изменился политический строй, стал иным подход к образованию. Однако наш стремительный век на меня не влияет. Я стараюсь как в жизни, так и в творчестве сохранять свою индивидуальность. У меня нет компьютера, я пользуюсь простым мобильным телефоном, в котором умею нажимать пару кнопок. Конечно, я могу запросто освоить современные технические средства. Но какая мне от них польза, если я не чувствую в них надобности?

…о потребностях души

– В 70-х годах я занимался фотографией. У меня был фотоаппарат «Зенит», я проявлял пленку, мне это было очень интересно. Сам процесс был увлекательным, это целая технология. А сейчас появились цифровые камеры. Вроде бы назначение и процесс один и тот же, но ощущения и результат – совершенно разные. Тяга к фотоделу у меня остыла.

Люблю слушать классическую музыку. У меня в мастерской стоит шкаф с пластинками Скрябина, Шостаковича, Вивальди, Моцарта, Бетховена и других композиторов. Когда еще учился в институте в Петербурге, мы с другом часто ходили в консерваторию на концерты. Живопись и музыка – потребность души. Кстати, духовное песнопение «Свете тихий» Сергея Рахманинова послужило названием моей персональной выставки, которая откроется в Академии художеств в Москве, и очень созвучно моей живописи.

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 115 (5402) от 23 июня 2017 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
Добрые зерна
Про специальность, которую не все знают, но берутся о ней судить
Татьяна Банникова
Всем привет, мы снова пашем!
Ухоловский тракторист снимает сериал о своей работе. И в отличие от комнатных блогеров ничего не выдумывает
Димитрий Соколов
Читайте в этом номере: