23:46 МСК
Понедельник
11 / 12 / 2017
138

Автомобиль – «зверь» безобидный

Но в дикой природе панибратства не бывает

У всех животных, невеликих и больших, образ хищников в наследственной генетической памяти запечатлевается как опасность. Панический страх вызывают и люди. Возможно, в древности, когда человек охотился с копьем, стрелами и рогатиной, многие звери его не страшились и в единоборстве иногда даже одерживали верх. Но изобретение пороха и ружей все изменило. Теперь даже такие крупные обитатели леса, как волк, кабан, лось, медведь, учуяв человека, почтут за благо скрыться с глаз долой.

Однако за последнее столетие наша цивилизация так стремительно и так далеко шагнула, что этот скачок застал животных врасплох. Возьмем машины. В эволюционной памяти обитателей дикой природы нет даже и намека на то, чтобы автомобиль отождествлялся с образом врага. При встрече с этим новшеством животные оказываются в тупиковой ситуации, поскольку в их генетической памяти автомобиль пока что представляет «жирный пробел». Подпуская машину на близкое, прямо-таки критическое расстояние, звери и птицы отождествляют ее с образом... животного, причем животного безобидного, и ведут себя точно также, как, к примеру, при встрече с лошадью, нисколько не подозревая о том, что внутри этого «железного коня» находится человек.

Как-то, проезжая на машине по лесной дороге, мы с приятелем завернули на поляну, где егерь расчистил от снега площадку для подкормки кабанов. Ехали с надеждой, что нам повезет и мы сможем зверей увидеть и сфотографировать. Так и вышло. Вынырнув из чащи, мы на поляне застали трех клыкастых едоков, подбирающих предложенное егерем зерно. Чтобы среди животных не посеять панику и не спугнуть их с места трапезы, я предусмотрительно сбавил скорость и отвернул в сторону. Звери, конечно, насторожились и хотели было дать деру. Но понимая, что невиданный «зверь» нисколько ими не интересуется, трапезу продолжили. Радуясь мирной встрече с осторожными обитателями леса, мы не переставали нажимать на кнопку спуска затвора фотокамеры. Причем снимали с расстояния не более десяти шагов, облокотившись на опущенное стекло в боковой дверце. Нашу суету звери наверняка видели, но спокойствие «зверя» их бдительность усыпляло. Дело для нас было нескучным. Мы наблюдали лесную жизнь в минуты, когда она ничем не потревожена. Особо непоседливым был молодой кабанчик. Ростом он был невелик и не столько ел, сколько суетился, бегая по рассыпанному на снегу зерну. А приблизившись к машине, стал звучно надувать ноздри: видимо, изучал новый для него запах – несет ли он опасность? Но обернувшись на взрослых и убедившись в их безразличии, остепенился и набросился на егерское угощение.

Подумав, что звери людей тут не страшатся, я открыл дверцу и вышел из машины. Напрасно это сделал. Увидав в устрашающей близости человека, кабаны так драпанули, что их удаляющееся повизгивание долго не умолкало. И что интересно, первым обратился в бегство как раз молодой. Любопытно, как в дальнейшем при встрече с машиной это животное поведет себя? Доверится взрослым или, быть может, вспомнит, что машина тоже может представлять угрозу для жизни и ее нужно бояться?..

В другой раз свою неадекватность при виде автомобиля продемонстрировала лиса. Оставив свою машину на обочине малоезженой дороги, я отправился собирать грибы. Через час или полтора, возвращаясь с наполненной корзиной к месту стоянки, я не поверил глазам: по дороге, не обращая внимания на железного «зверя», неторопливо семенила Патрикеевна. Но самое любопытное было то, что, приблизившись, она присела возле него отдохнуть, равнодушно посматривая в противоположную сторону, будто никакого автомобиля тут не было и в помине. Финал же этой встречи был предсказуем: стоило мне дать лисе себя обнаружить, то ее как ветром сдуло: улепетывала так, что казалось, она не бежала, а летела по воздуху. Сработала эволюционная память: человек – это опасность, его надо бояться.

Не боятся автомобиля и птицы. Много раз мне приходилось колесить по дорогам Мещеры и свободно фотографировать встречающихся пернатых. Делается это просто. Чтобы не испугать сидящую на обочине дороги ту или иную фотомодель, скорость передвижения должна быть не более десяти-пятнадцати километров, в противном случае несущийся на всех парах автомобиль будет ассоциироваться с тревогой, и птица поспешит удалиться. И еще. Остановившись, заглушать работающий двигатель ни в коем случае нельзя, иначе фотомодель, изучая поведение вашего «зверя», наступившую тишину воспримет за откровенное беспокойство и немедленно улетит. Точно так же вести себя следует и со зверями. При соблюдении упомянутых предосторожностей удается легко и быстро получать превосходные кадры живой природы. И не только птичьей мелкоты, для которой машина – будто свой собрат. Но даже и такие крайне осторожные птицы, как тетерева и глухари. Прилетая на обочины дорог поклевать камешки, требующиеся им в желудках для перетирания грубой зимней пищи, они при виде машины тоже ведут себя небоязливо. Года три назад я фотографировал тетерева с расстояния двух шагов. Причем видимое в окошке машины шевеление птицу нисколько не пугало, она продолжала искать на дороге нужные ей камешки.

И вот случай, который прямо-таки шокировал меня. Было это в начале лета. Я подъехал к обрывистому берегу Оки, чтобы в бинокль посмотреть на образовавшуюся у берега песчаную косу: нет ли там каких-нибудь птиц? И только было собрался открыть дверцу и выйти из машины, как прямо передо мной, невзирая на близость автомобиля, села на гребень обрыва парочка редких для наших мест куликов-сорок. С минуту они пялились на моего «железного коня» и, не увидев в его облике ничего подозрительного, пошагали на своих длинных ногах к куртине травы, где одна из птиц села на... гнездо, а другая встала рядышком, как охранник. И это – в десятке шагов от машины! Подобного в моей практике еще не было.

Пока «переваривал» встречу с редкостными куликами, из-за поворота реки вынырнул громоздкий туристический катер и, пронзая окрестности громкой музыкой, проплыл буквально метрах в тридцати от берега. Птицы, конечно, покосились на это шумноватого монстра, но в их поведении не было и тени испуга, – похоже видели его не впервой и уяснили: опасности он не несет. Уж тут, как говорится, сам Бог велел эту нештатную ситуацию запечатлеть.

Однако не все животные бывают одурачены автомобилями. Лось, заподозрив однажды в машине опасность (например, преследование его охотниками с ружейной пальбой), в другой раз будет от такого «зверя» уже шарахаться как от огня. И смышленые вороны вряд ли обманутся. Кстати сказать, вороны еще и тонкие психологи. Например, старенькая бабушка, шоркающая по дорожке, может пройти в метре от серой бестии, тогда как молодых, полных сил людей, будь то мужчина или женщина, она и на пушечный выстрел не подпустит. Изучили вороны и автомобили. С их помощью они даже научились охотиться. Выглядит все очень просто. Весной, в период гнездования птиц, серые охотники зорко следят за машинами, которые едут по лугам, и когда выходящие из них люди, сами того не подозревая, спугивают с гнезд наседок, это от внимания хищниц – ворон не ускользает. После отъезда машин все примеченные ими гнезда опустошаются.

Быть может, уже через несколько поколений наследственная программа животных пополнится еще одним врагом, и они усвоят: автомобиль опасен, его надо бояться. Это очень важно. В дикой природе панибратства не бывает, эволюционная формула выживания по-прежнему гласит: спаси себя сам!

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 211 (5498) от 08 декабря 2017 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
Нарушителей – к ответу
Дорожно-патрульная служба проверит коммерческих перевозчиков
Вячеслав Астафьев
Сделайте мне красиво!
Читайте в этом номере: