13:15 МСК
Воскресенье
17 / 12 / 2017
163

Понимать сердцем

Спектакль на двух языках представили театры из городов-побратимов Рязани и Мюнстера

На II Международном фестивале «Свидания на Театральной» Рязанский театр драмы и театр имени Вольфганга Борхерта показал совместную постановку «Сердца и ножи» по пьесе Генриха фон Клейста «Семейство Шроффенштейн». Сотрудничество двух коллективов началось осенью 2014 года, когда рязанцы приехали в Мюнстер с детским спектаклем. В прошлом году на первом «Свидании…» театр имени Вольфганга Борхерта показал спектакль «Коварство и любовь» по одноименной трагедии немецкого классика Фридриха Шиллера.

По словам директора Рязанского театра драмы Семена Гречко, в этом году Рязанский театр драмы отмечает 230-летие, а театру имени Вольфганга Борхерта исполняется 60 лет, это один из старейших частных театров Германии. В совместном спектакле занято четыре немецких и четыре рязанских актера, художник по костюмам, художник по свету, сценограф из России, режиссер и композитор из Мюнстера. Премьера в Германии состоялась в сентябре. Уже запланированы показы до апреля, в месяц – два спектакля в Рязани и два в Мюнстере. В двух городах сделаны идентичные костюмы и декорации, путешествуют только актеры.

Для совместной работы была выбрана немецкая трагедия эпохи романтизма, первая, не самая удачная и потому малоизвестная пьеса выдающегося писателя, драматурга Генриха фон Клейста «Семейство Шроффенштейн». Сюжет схож с историей Ромео и Джульетты: любовь между девушкой и юношей из разных семей, их гибель. У Клейста враждуют две ветви одной семьи, и в финале выясняется, что распря возникла из-за ошибки: маленький сын главы одного из домов не был убит родственниками, а утонул. Герои хохочут и требуют вина, хотя на сцене находятся бездыханные тела влюбленных, заколотых собственными родителями, тоже по ошибке. Истерический смех как катарсис…

В спектакле текст сильно сокращен: сегодня трагедию в пяти действиях сложно было бы воспринимать. Пьесу с немецкого специально для спектакля перевела доцент Рязанского государственного университета им. С.А. Есенина Татьяна Троицкая. Актеры театра драмы играют представителей одного дома Шроффенштейн, немецкие – другого. Каждый произносит текст на своем языке, лишь иногда вставляя иностранные слова (для зрителей над сценой транслируются субтитры на немецком). Разноязычие двух домов подчеркивает нарушение коммуникации, добавляет новые смыслы.

Режиссер мюнстерского театра Таня Вайднер ставит пьесу в жанре трагикомедии в эстетике, близкой к клоунаде: гротесковые костюмы, прически, грим (правда, он отсылает к маскам античной трагедии), специфические пластика и манера речи. Условность приема, грим помогают и актерам, исполняющим несколько ролей, в том числе роли ведьм. Сцена с ведьмами, которые варят мизинец погибшего ребенка, становится комической. Режиссером придуман «пролог», где мальчики с крыльями (ангелочки?) – белый, с луком и стрелами в руках, и черный, со змеей, – убивают друг друга.

Сценограф из Нижнего Новгорода Ольга Лагеда не использует стационарные декорации и задники. На однотонном «пустом» фоне – передвижные шкафы-короба, напоминающие гробы. Они используются в вертикальном и в горизонтальном положении, превращаясь в тюрьму, комнату, скамью. А за какой-то дверью шкафа – отрубленная голова… Ведьминский котел выезжает на тележке-подиуме, а в сценах встречи влюбленных сверху опускается «рама» (короб без дверей) – она и скамейка, и пещера. Важную роль играет светопартитура, цвет помогает создать атмосферу каждого эпизода (художник по свету Алексей Козлов).

Главу одного из домов семейства графов Шроффенштейн играет Александр Зайцев. Герой Зайцева жесток, маниакально подозрителен, он во власти одной идеи – войны. Его супруга в исполнении Марины Мясниковой мягче и благоразумнее. Она сочувствует своему сыну, полюбившему дочь главы другого дома. Пару влюбленных играют Арсений Кудря и Алис Цикели. Герой активен, борется за любовь, крушит преграды, проявляет находчивость. Его застенчивая избранница (наделенная в спектакле гротесковой пластикой – колени внутрь, пятки наружу) в этой паре ведомая. Отец девушки, глава другого дома, в исполнении директора мюнстерского театра Майнхарда Цангера, дружелюбный, «шумный», больше открыт миру. Его «вторая половина», наоборот, предпочитает рычать (в буквальном смысле), нежели говорить – этот образ создала Яннике Шуберт.

Андрей Блажилин играет сразу шесть ролей: трех вассалов и внебрачного сына графа, горничную и ведьму-мать. Создавая целую галерею колоритных мужских и женских образов, актер моментально – и виртуозно – меняет пластику и тембр голоса. У его немецкого коллеги Флориана Бендера четыре роли: вассала другого графа, родственника из «нейтрального» дома Шроффенштейн, странника (в разных обличьях) и молодой ведьмы. Эта ведьмочка в коротком платьице – самый комичный и непосредственный персонаж в спектакле.

Перед премьерой режиссер Таня Вайднер призвала зрителей не читать субтитры, а смотреть на сцену, ибо человеческие чувства понятны без перевода: «Для Генриха фон Клейста всегда была важна тема взаимопонимания людей. Конечно, для общения существует речь. Но Клейст не питал иллюзий, считая, что язык часто не помогает, а препятствует взаимопониманию. В одном из его писем сестре есть такие строки: «Как я могу описать чувства? Мне стоит положить в конверт свое сердце». Одного языка недостаточно, чтобы понять чувства, подчас речи приводят к войнам и великим катастрофам. Нужно понимать друг друга сердцем».

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 211 (5498) от 08 декабря 2017 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
«Новый год к нам мчится!».
ВНИМАНИЕ! конкурс от «Рязанских ведомостей»
Душа народа – в его песнях
В Рязани прошел первый открытый областной конкурс сольного народного пения
Иван Попов
Читайте в этом номере: