04:15 МСК
Понедельник
17 / 06 / 2019
297

Остановить мгновение

Хотя эта задача невыполнима, можно посвятить ей всю жизнь

 С Мариной Сидоренко я познакомилась около двадцати лет назад в компании литераторов, журналистов, краеведов. Незадолго до этого в нашей газете был материал, где ставился в пример директор Рязанский бройлерной птицефабрики Василий Андреевич Сидоренко… Он не только брал к себе на работу бывших детдомовцев, терпевших тогда настоящее бедствие, но и давал им жилье. Марина, как мне сказали, была дочерью «того самого Сидоренко», и я подумала: если отец – крепкий хозяйственник, а дочь занята творческим делом, связанным с документальным кино, то «яблочко» упало от «яблоньки» не так близко.

***

На самом-то деле, как узнала я при недавней встрече с Мариной Васильевной, отец ее был человеком разносторонних интересов. Но когда она выбирала жизненный путь, он посоветовал ей остановиться на чем-нибудь «надежном». Дочь поступила на экономфак Рязанского радиоинститута.

И с этого, как мне хочется сказать, началась вязь ее судьбы, когда (как, наверное, у каждого из нас) разные, вроде бы не имеющие отношения друг к другу жизненные события, факты, штрихи, словно буквы старинного декоративного письма, начали соединяться в единый орнамент. «Буква», означающая учебу (сопромат, бухучет и прочее), прекрасно сошлась с художественной самодеятельностью, СТЭМом. Распределившись после «радика» в один из рязанских НИИ, девушка стала усердно трудиться, но через три года вдруг «проявилась», имея на руках разрешение производственного начальства, как поступающая на режиссерский факультет заочного отделения Рязанского института культуры. «Мне предстоял последний вступительный экзамен – по актерскому мастерству, – вспоминает она, – и тут – звонок с работы. Там в ярости, требуют срочно явиться… Оказывается, разрешение мне подписали случайно: были очень заняты, и тут я им эту бумажку подсунула»…

Но – новая «буковка» была уже вписана в ее орнамент-судьбу. Отца она об этом, чтобы не расстраивать, не известила. А когда он узнал, было поздно. Потом получилось так, что он сам же помог ей выбрать именно творческий путь. Как активная комсомолка Марина была на виду у Московского райкома комсомола. Когда молодежный союз прекратил свое существование и его прежние вожаки стали пробовать себя на иной стезе, один из них поделился с Мариной планом начать в Рязани строительство кабельного телевидения. Василий Андреевич поддержал этот социально значимый проект, и один из первых участков рязанского кабельного канала опоясал жилой городок работников бройлерной фабрики. Они теперь могли смотреть и центральную, и местную телепродукцию, в том числе первые видеоролики Марины. Отец подарил ей хорошую, но бытового формата видеокамеру, которая ей так помогла на первых порах. В самом конце 80-х годов дочь сняла ею фильм «Тайна лесного народа» (о Курше и куршаках), который стал дипломной работой.

 ***

Почему о Курше? Темой этой уже давно интересовалась писатель-краевед Ирина Константиновна Красногорская, которая при встрече и предложила молодому кинодокументалисту сделать фильм по ее сценарию. Потом с подачи и в соавторстве с Красногорской Марина Сидоренко сняла фильм, где одной из главных героинь стала … Малина – та самая, из села Новоселки Рыбновского района, где теперь, когда мы дозрели до понимания наших туристических возможностей, проходит ставший широко известным Праздник малины. Фильм, насколько я знаю, посмотрели многие, и, возможно, он заронил в кого-то мысль о Празднике.

Именно Красногорская привела Марину в архив: «Я бы и сама, конечно, сюда пришла, но это случилось бы гораздо позже». Наверняка случилось бы: интерес к истории в ней был заложен с детства. Способствовали этому в первую очередь дядюшка, известный гитарист Григорий Евсеевич Шишкин, который ко всему прочему был заядлым историком-любителем, и учительница из 39-й школы Серафима Михайловна Борисова. «Она не просто излагала исторические события, – вспоминает Марина Васильевна, – но и проникалась ими. Однажды, рассказывая нам о кровавой битве последней войны, отвернулась к окну, чтобы скрыть слезы. Я это заметила и запомнила!»

Было, наверное, между учителем и ученицей родство душ. Режиссер авторского кино Марина Сидоренко к своим героям подходит всегда прочувствованно, «со слезой», будь то веселые доярочки из колхоза «Авангард», или советские инженеры-интеллигенты станкозавода, или государственный деятель, оставивший о себе «спорную» память.

 ***

Фильмов она сняла где-то более двух десятков и считает, что это в общем-то немного… Причины тому были разные.

Шли 90-е годы. На телевидении Марина оставалась по большей части «свободным художником» со всеми вытекающими последствиями: относительно вольным выбором темы (в трактовке которой, однако, иногда возникали сложности), правом подбирать в съемочную группу «созвучных» себе помощников (ожидая, правда, их иногда непомерно долго)… И почти всегда – «остаточный принцип» в оснащении съемочной техникой. Самым же страшным в то время, связанное с переделом хозяйственных основ, была реальная тревога за жизнь отца.

«Когда в 90-х, – вспоминает Марина Васильевна, – одним из руководителей телерадиокомпании «Ока» стал Владимир Иванович Швецов, он попытался создать для меня очень благоприятную обстановку. Но я чувствовала, что снимать не могу: душа пуста. Должно было пройти время, чтобы ее наполнить… И когда такое наполнение пришло, я начала работу над многосерийным фильмом «Первомайский проспект». Его идея принадлежит Сереже Донскому и Валере Майорову. Если я не во всем исполнила замысел ребят, пусть они меня простят».

Перед тем как заняться съемкой «Первомайского проспекта», Марина полгода просидела в архиве, разузнавая историю зданий, так привычно окружающих главную улицу города, имена людей… Главное же предстояло впереди… Но теперь рядом с Мариной был Станислав Номероцкий – ее муж, прекрасный телеоператор, верный помощник в организационных делах.

«Первомайский проспект» вышел в шести сериях по нескольку частей, и многие рязанцы по-настоящему открыли для себя «Первомайку»…

 ***

Почему Марине захотелось сделать фильм об Алексее Ларионове? Может быть, что-то зацепило в рассказах отца? Потом ее удивило, что некоторые люди, к которым она обращалась, услышав это имя, бросали трубку! Ведь столько лет прошло! Боялись? Что-то до сих пор болело? Марине удалось познакомиться с человеком, у которого Ларионов часто бывал в последнее время – бывшим первым секретарем Рыбновского райкома партии Виктором Матвеевичем Котиковым. Слушая Марину, он, как камертон, чутко определял: «Такое могло быть. А вот это – придумка!» И документы архива его слова, как правило, подтверждали. Многое дали личные бумаги, хранившиеся в семье Ларионова. «Я, когда его ранние дневники прочитала, – вспоминает Марина Васильевна – чуть не слегла. Чувствовалось: если такой ранимый человек попадет в государственную «машину», она его смелет».

Фильм «Алексей Ларионов. Страницы жизни» получил на областном конкурсе журналистов диплом «За профессионализм и политкорректность».

 ***

Главный приз этого конкурса – «Хрустальный журавль» – М. Сидоренко и С.Номероцкому был присужден за одну из последних работ – фильм «Самоварные истории», посвященный Касимовскому музею самоваров. Название этой яркой, познавательной ленты говорит само за себя.

А вот что означает «Виноградная лоза мастера»? Лента под таким названием получила благодарственное письмо на фестивале региональных телекомпаний «Берега» в Тарусе, и оно имело для авторов особый смысл. Уникальный мастер, резчик по дереву Виталий Пантелеймонович Кохан, среди объемных работ которого – «виноградная лоза», украшающая царские врата, давал Марине интервью за несколько дней до смерти. «После того фильма, – рассказывает Марина Васильевна, – помимо скорби, осталось в какой-то мере успокоительное чувство, что на этот раз мне удалось-таки впрыгнуть в последний вагон»…

А сколько раз не успевала! До сих пор винит себя в том, что не запечатлела народного артиста СССР Махмуда Эсамбаева – «дядю Махмуда», как она называла его, когда этот прославленный «король танцев», приезжая в наш город на гастроли, заглядывал к рязанским друзьям – артистам-супругам О.И. Бордзиловскому и Г.А. Федоровой и к ее отцу…

Не успела и к Людмиле Семеновне Ананьиной, жительнице Первомайского проспекта, знаменитой рукодельнице Рязани, которая к тому же знала от своей матери множество народных песен и пословиц! Марина часто звонила ей, откладывая из-за занятости их встречу… И однажды услышала: «Людмилы Семеновны больше нет»…

 ***

Чем заинтересовал ее герой документальной ленты, над которой она сейчас работает и которая должна стать очередной «буковкой», продолжающей ее авторский киноорнамент? Все началось с того, что Т.Н. Цуканова, этот кладезь краеведческих идей, предложила ей почитать хранящиеся в областной библиотеке воспоминания внучки рязанского городского головы начала ХХ века Николая Игнатьевича Родзевича. Это не сулило вроде бы никаких зацепок… Что осталось от этого человека? На том месте, где стоял когда-то его дом, – автомобильная стоянка… Последний вагон невозвратно ушел? Но читая рукопись, Марина Васильевна все больше волновалась и загоралась: как похож этот человек на ее отца, ушедшего из жизни несколько лет назад. Такой же деятельный, притягивающий к себе людей, добрый. О таких людях надо обязательно рассказывать, ведь доброты, как сказала Марина, нам сегодня очень не хватает!

Я думаю, многие с ней согласятся…

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 42 (5552) от 23 марта 2018 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
В своей колее
Совместные информативные поездки на внедорожниках сегодня весьма популярны
Ольга Драган
Захватывающее дело
Так была названа кропотливая работа по созданию школьных музеев
Татьяна Банникова
Читайте в этом номере: