С букетом роз на белом мерседесе


127

Почему имидж в соцсетях становится важнее настоящей жизни?

«К чему бесплодно спорить с веком?»

А.С. Пушкин, «Евгений Онегин»

Семь месяцев назад в Рязани начал действовать психологический лекторий «Психотарий». Ведут его два молодых психотерапевта – Сергей и Антон Новиковы. Первая лекция в библиотеке имени Горького сразу же собрала сто человек. Говорили о тревоге, о том, почему ее испытывают люди в современном мире, можно ли с этим бороться, и вообще – что мы понимаем под борьбой.

Мы встретились с Сергеем Новиковым, главным врачом Рязанского центра психического здоровья, кандидатом медицинских наук, чтобы обсудить другую тему – жизнь в социальных сетях.
Известно, что немалое количество людей старается отра­зить каждый свой шаг в пабликах. Цель большинства из них – это работа на собственный имидж. И ведем мы ее порой не покладая рук. Кажется, что большинство озабочено красивой картиной успешности: «Я и знаменитость», «Я и букет цветов, подаренный поклонниками», «Я и дорогая машина», «Я и престижный курорт», «Я и заказ в ресторане». Почему мы хотим, чтобы о нашей жизни знали другие, совершенно посторонние люди? Может, это и есть конец личности в истории и начало глобального сетевого сообщества, в котором все личное пространство добровольно передается его членам и становится всеобщим достоянием? Тогда – добро пожаловать в коммуну цифровой эры!

Р.В. – Сергей, мы однажды разговорились с коллегой, и он сказал: ты посмотри, исчезает такая профессия, как папарацци. «Звезды» сами фотографируют себя на смартфоны и выкладывают картинки в Интернет. Обычные люди теперь мало отличаются от знаменитостей. Каждый свой шаг мы стараемся делать напоказ: что едим, с кем гуляем, где отдыхаем, как встречаем праздники… Чем можно объяснить это навязчивое желание засветить себя на публике и собрать «лайки»?

С.Н. – Мы сейчас говорим о публикациях, которые не информативны, а чисто демонстративны, да?

Р.В. – О публикациях, в которых главным мотивом становится привлечение внимания к себе. Вот эта острая потребность в чужом внимании, ощущение внутренней пустоты, если нами никто не интересуется, – откуда это?

С.Н. – Жажда внимания, как и желание, чтобы тебя постоянно поглаживали, существовали всегда. Появились новые средства коммуникации, и все заметно упростилось. Если раньше нужно было сделать что-то значимое для общества, например, победить в соцсоревновании или внести рационализаторское предложение, чтобы о тебе написали в газете или поместили портрет на Доску почета, то сейчас нет ни судей, ни цензоров, ни посредников. Ты создаешь свой имидж по собственному сценарию благодаря доступности ресурсов Интернета. И нам кажется, что все поголовно заболели тще­славием. А тут еще искусственно подогреваемый в обществе запрос на успешность, известность, популярность. Многих эти «ценности» захватили. Внедрение соцсетей меняет мировоззрение. Кто бы мог представить, что появится такая профессия – «блогер»! Когда я преподавал в вузе, мы задавали вопрос студентам об их самых больших желаниях. Наиболее распространенный ответ был: добиться известности. Причем не через профессиональную деятельность, а через блогерство. Останется ли этот тренд – трудно сказать. Наше небольшое исследование показало, что примерно 80 процентов тех, кто смотрит видео раскрученных блогеров, им завидуют.

Р.В. – Наверное, возникает ответная реакция: пусть и мне хоть немного позавидуют. Вы сидите на работе, а я лежу на пляже. Чем не повод для зависти?

С.Н. – Среди моих клиентов есть люди, которые жалуются на тяжелый семейный климат и даже побои. Но стоит им выйти из сеанса, как они выкладывают в сеть фото очень жизнерадостного и гламурного содержания.

Р.В. – То есть, по большому счету, паблик в сети – это такой иллюзион?

С.Н. – Все стараются выглядеть позитивными. Но это лишь одна из красок жизни. Плохо, когда состояние когнитивного диссонанса становится второй натурой.
Ты ходишь к психиатру и просишь таблетку от плохого настроения и тут же создаешь гламурный фасад собственной жизни. Идеал уводит от того, что есть, и мешает разобраться в проблеме. Почему тебе плохо? Может, ты занят не своим делом. Может, тот человек, с которым ты хочешь построить отношения, совершенно тебе не подходит и у него другие интересы, ценности, запросы…

Р.В. – Тут красивая аватарка не поможет…

С.Н. – Чем острее этот внутренний разлад, тем хуже чувствует себя человек в реальности.

Эмоциональный раскол

Р.В. – Демонстрация успеха, позитивного настроения гармонии обществу не добавляют?

С.Н. – Получается, что нет. Какая гармония, если на душе муторно и кошки скребут. Когда ты в сети, никто не видит твоих настоящих эмоций. Но когда выходишь в люди, проблемы идут вместе с тобой. Основная масса людей – это все-таки эмпаты, они чувствуют эмоциональный фон другого человека и понимают, где показуха. Личный когнитивный диссонанс порождает эмоциональный диссонанс в обществе. Я думаю, что мы просто переживаем переходный период, и настроения будут меняться. Появится спрос на подлинность, на то, что настоящее, не искусственное.

Р.В. – Может быть, гламурные паблики – это такой механизм компенсации низкой самооценки?

С.Н. – Или гиперкомпенсации. Если не получаешь «лайки» за хорошо сделанную работу от начальства (а такое сплошь и рядом сегодня), или не получаешь их потому, что ничего толком не сделал, то на выручку приходит сеть. Красивую прическу, нижнее белье или заказ в ресторане точно кто-нибудь оценит.

Р.В. – Правда, эти минуты славы отдают суррогатом.

С.Н. – Взлететь в социальных сетях проще, чем в жизни. Искусство создания фантомов ничем не ограничено.

Молодеющая зависимость

Р.В. – Есть ли у молодежи единый стандарт успеха?

С.Н. – Не знаю, был ли он раньше. Сейчас точно нет. Для некоторых успех измеряется количеством подписчиков в Инстаграмме. Для других – возможностью жить как ему нравится, иметь свободный график работы, не слишком зависеть от начальства. Другому обязательно нужно крутиться как белка в колесе. Тогда он понимает, что нужен, что без него не обойдутся. Единого тренда, моды не существует. Я наблюдаю за дочкой. Они в школе записывают видеоролики для соцсетей и соревнуются, у кого больше подписчиков. Раньше боялись остаться без друзей, а сейчас без подписчиков.

Р.В. – Правда, критерии нормальности и ненормальности в обществе тоже меняются, вы не находите?

С.Н. – Это точно! Меняются социальные стандарты оценки поведения человека. То, что психиатры называют эксгибиционизмом, навязчивым желанием демонстрировать свое обнаженное тело окружающим, сейчас уже обычное явление в соцсетях. Если раньше заявление «за мной везде наблюдают» было серьезным основанием подозревать шизофрению, то теперь это вообще не повод усомниться в адекватности: везде стоят видеокамеры. Каждый из нас мелькает на чьих-то мониторах. А что действительно тревожит, так это растущая зависимость от электронной среды, нами же созданной. Буквально вчера был звонок от мамы одного школьника. Она не может отобрать у ребенка телефон, он с ним и обедает, и спать ложится, и в туалет ходит. Есть такой укореняющийся тип психической зависимости – навязчивое желание войти в сеть, находиться в ней постоянно. Просыпается утром человек – и сразу заходит в соцсети, блуждает в них, прокручивает ленту. Большая беда – зависимость игровая. У нее появляются какие-то новые формы и модификации, связанные именно с цифровой средой.
Целыми классами дети играют на сайтах букмекеров. 16 – 18-летние ребята проигрывают свои деньги и деньги родителей. Мы плохо представляем себе, что с этим делать, научно обоснованных подходов борьбы с этим явлением пока не выработано. И еще один тревожный звонок – зависимости помолодели. Лет 10 назад, когда на улицах стояли игровые автоматы, средний возраст обращающихся за психиатрической помощью был примерно 28 – 35 лет. Недавно ко мне на прием пришел подросток 14 лет, который доигрался на Интернет-площадках до того, что ему выставили долг в полтора миллиона рублей.

Освобождение в тебе

Р.В. – Наши виртуальные двойники и отражения – к чему они приведут нас? Помогут ли взглянуть на себя без иллюзий и самообмана? Когда писателя Дмитрия Быкова спросили, какие люди, на его взгляд, в перспективе будут наиболее эффективными – те, кто находится онлайн или оффлайн, он сказал, что двигать прогресс, создавать совершенно новое, уникальное лучше смогут оффлайнеры. Вы как считаете?

С.Н. – Пожалуй, я с ним соглашусь. С одной оговоркой, что мы рассматриваем здесь соцсети не как инструмент быстрых связей, коммуникации, распространения социально значимой информации, а как «второй дом», куда эмигрируют. Есть люди, работающие за идею, и люди, работающие исключительно за деньги. Обычно те, кто старается себя всячески приподнять и позиционировать, материальный успех ставят на первый план. Ведь людям, нашедшим себя в жизни и в профессии, по большому счету, неважно, сколько «лайков» у него на страничке.

Р.В. – «Психотарий» – это бесплатный проект?

С.Н. – Абсолютно некоммерческий. Мне всегда хотелось тратить свое время на то, чтобы глубоко погружаться в тему и излагать ее понятным языком. Для меня это один из вариантов переключения в практической деятельности. Прочитал лекцию – и как на крыльях неделю летаешь. Думали, что на первую лекцию про тревогу придет человек 10 – 15. Пришло сразу сто. Второй по популярности оказалась лекция про депрессию. Недавно говорили о расстройствах сна. Хотелось бы исследовать феномен успешности некоторых блогеров. Поднять тему эмоционального выгорания у журналистов.

Р.В. – В мае у вас закрытие первого сезона. А с чего начнется следующий?

С.Н. – В сентябре соберемся вновь и начнем, пожалуй, с лекции об освобождении. Важно, чтобы люди понимали: их проблемы вовсе не единичный случай, с ними сталкивается большинство из нас. Нельзя бежать от них, придумывать себе другую, радужную реальность. Наша встреча с проблемами, их принятие – это и есть начало освобождения.

Беседовал Димитрий Соколов
Фото Димитрия Соколова