Диагноз: отторжение памяти


7

Чем ближе 75-летие окончания Великой Оте-чественной и Второй мировой войны, тем тревожнее информация из-за российских пределов. Где-то оскверняются памятники погибшим воинам и мирным жителям. Где-то уничтожаются монументы в честь советских полководцев. Где-то, наоборот, предлагают воздвигнуть памятник пособникам Гитлера и коллаборационистам. Кажется, что мир сошел с ума. Но это не так.

Войны против исторической памяти – один из действенных приемов информационных войн. Им пользовались всегда, но только теперь информация об этом общедоступна и становится частью политической борьбы – публичной, громкой, скандальной.

Нельзя не учитывать и того, что выросли три-четыре поколения людей, не знавших войны. Их легче обмануть. Почитайте Интернет: что там пишут о подвигах и героях, о предателях и убийцах. Мы живем в мире, где считается «актуальным», «забавным», «крутым» все переворачивать с ног на голову, менять черное на белое, отрицать общепринятое. Такой вот постмодернизм, игры, в которые играют взрослые люди. Но игры с национальной памятью опасны, они лишают опоры, фундамента, и система перестает быть устойчивой. Любая система – нация, страна, семья…

Мне даже понятно, почему против советской Победы так ополчилась Европа. Германии надоело испытывать чувство вины. Европейским народам, пострадавшим от фашизма, надоело испытывать чувство благодарности к воинам-освободителям. Европе захотелось объединиться вокруг чего-то такого, что никак не связано с антигитлеровской коалицией. Ведь Германия теперь в общей Европе – первая среди равных, и как прикажете праздновать 75-летие поражения Германии во Второй мировой войне? Нужен новый общий, пусть не враг, но оппонент, виноватый во всем том, что произошло с миром в 1939-45 годах. Пусть им будет Советский Союз. Ах, у нас нет уже Советского Союза? Ну, пусть за все отвечает Россия. Примитивные рассуждения, но действенные, и результаты – налицо.

Мне понятна антироссийская истерия в Польше, Украине, в прибалтийских государствах. Это фантомные боли после того, как отсекли страшную «руку Москвы». Она болит, как десница, потерянная солдатом в бою, и солдату все снится война… Он, бедненький, не навоевался.

Мне понятно желание США эту победу приписать исключительно себе. Ведь других серьезных побед у них в ХХ веке не было.

Мне не понятно, почему мы так оторопели от этих ударов под дых? Мы ждали чего-нибудь другого? Вспомните «папашу Мюллера» из знаменитого сериала и романа. Он мечтал о времени, когда вырастет не второе, а третье послевоенное поколение, которому можно будет «перенастроить» мозги, все объяснить по-другому. Вот оно, это поколение, выросло. Да еще и такое, которое не любит читать длинные тексты, смотреть длинные скучные фильмы про войну, не желает слушать увещевания старших. Для них все архивы открыли, все страшные фотодокументы выложили, все свидетельства опубликовали. Но ведь это надо читать, смотреть, понимать, чувствовать. Тратить на это время и силы, а они к этому не привыкли.

Что делать? А делать свое необходимое и важное дело. Вспомнить погибших. Назвать их по именам. Поклониться их памяти. Может, не вслух, но произнести к ним обращенные слова благодарности. Впрочем, почему же не вслух? Только не громко, не взахлеб – от души. Взглянуть в эти глаза на старых фото – веселые, усталые, светлые, широко распахнутые. Сколько бы нас было сейчас, если бы они были живы. Как были бы счастливы наши дедушки и бабушки, если бы не осиротели тогда. Может, это только кажется, что наша жизнь была иной, если бы не было войны? Нет, она действительно сломалась тогда. И мы эту беду преодолели, все вместе. Как бы нам все это понять и запомнить.

Нас ждет впереди великий праздник, и это главное. И мы будем праздновать. Кто хочет разделить его с нами, пусть приходит, милости просим. А те, кому память отшибло, пусть лечатся.