Красоте не нужен перевод


61

Артист и педагог, коллекционер и художник. Миры актера Театра на Соборной Виктора Шульца

Побывать в гостях у артиста и побеседовать о его жизни и работе «без грима» – всегда ценный подарок. В случае с Виктором Шульцем он ценен вдвойне: актер, уже 40 лет выходящий на сцену, накопил запас самых разных впечатлений от жизни, работы, современной ему культуры и людей, которые ее создают. Квартира Виктора Олеговича – настоящий музей, где ценность экспонатов измеряется не деньгами, а зашифрованными смыслами и воспоминаниями об авторах работ. А еще артист сам занимается творчеством и реставрацией. Идем знакомиться и говорить об удивительных превратностях судеб…

Сам себе галерист

Квартира Виктора Шульца – необычная и стильная смесь эпох и идей. Виктор Олегович указывает на изящное кресло в гостиной: когда-то предмет обстановки первой половины XIX века лежал на улице. «В 70-е вошла в моду козлоногая и примитивная современная мебель, и старину понесли на помойки, – с горечью усмехается хозяин. – Каких только редкостей я не находил! У этого кресла поменял обивку, перетянул ткань – как новое!» Я устраиваюсь на мягчайшем упругом сиденье, как на облаке: очень непривычно и страшновато с лету очутиться в XIX веке… Но удобно! В этом и заключается мастерство реставратора: вернуть вещи привычный облик и функционал, но не довести ее до уровня неприкосновенного музейного шедевра.
Рядом с креслом красуется стол с различными редкостями под стеклом. Когда-то Виктор Олегович снабдил ножку рояля колесиками, установил сверху столешницу с нишей, уложил внутрь дорогие сердцу вещицы – и получил уникальный предмет интерьера. В поверхность можно всматриваться, как в музейную витрину: трубки, морские раковины, старинные монеты… Одна из небольших металлических медалей под стеклом – копия подарка ко дню рождения художника Володи Попова-Масягина, давнего друга артиста.
Все эти и другие вещи создаются в мастерской на балконе. Помещение, в котором обычно прячут ненужный хлам, имеет выход во все комнаты и выглядит одновременно как уголок творчества и зимний сад. Здесь переплетаются лучи света, ветви деревьев в кадках и идеи художника. «Я люблю делать то, чего не умею», – признается мастер.

От родных и не только

Произведения, которые окружают Виктора Шульца в его квартире, – карта воспоминаний и впечатлений. Больше всего здесь полотен Володи Попова-Масягина с утонченными дамами на холстах. Родственники актера также оставили ему немало творений. «Художники у нас были во всех поколениях», – говорит Виктор Олегович. Брат отца Гавриил Александрович был именитым скульптором. Мне показывают его «Аллегорию зимы» – бледно-серую фигурку девушки в грустных раздумьях. Гранитная копия красавицы есть на аллее «Времена года» в московском Парке Горького, а бронзовая – в Третьяковской галерее. Чтобы девушке-зиме было не так холодно, на полке ее окружают миниатюрный Ленин с книжкой в руке, удивительно похожий на современного горожанина с планшетом, и бюст самого Виктора Шульца. Все эти произведения искусства – особого рода семейный альбом.

Особая история

Предкам Виктора Олеговича и их судьбам можно посвятить отдельную статью. Это были люди самых невероятных талантов и устремлений – русские, немцы и даже датчане. К примеру, пращур моего собеседника Антон Шульц приехал в Санкт-Петербург в петровскую эпоху, принял христианство и работал художником-медальером. По его эскизам чеканили серебряные рубли, а памятная медаль на смерть Петра I хранится в Государственном Эрмитаже. Прадед Виктора Олеговича был действительным статским советником и держал в Санкт-Петербурге девять доходных домов. Но с приходом советской власти семья лишилась всех накоплений рода, а к началу Великой Отечественной войны уже жила в Ставрополе. Нынешняя семья Виктора Шульца – двое старших братьев, живущих в Санкт-Петербурге и Берлине, их дети и внуки, а также дочь и сын самого артиста. Из всего рода только Виктор Олегович связал свою жизнь со сценой.

Пьеро из Нармушади

Будущий артист родился и вырос в Рязани, учился в школе №6, а в педагогическом институте (ныне Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина) получил специальность преподавателя французского и немецкого языков. С 1973 по 1976 год Виктор Олегович преподавал в деревне Нармушадь Шиловского района. «В те времена в Нармушадь не вела ни одна дорога, – смеется мой собеседник. – Но ничего, жили как-то. Детишки там были замечательные».
В шиловской деревне Виктор Шульц создал с учениками кукольный театр «Пьеро». Сценой он интересовался с детства, а там начал читать книги о театральной работе и ставить спектакли. Педагог сразу сказал детям, что без хорошей успеваемости театра не будет – и в школе воцарилась отличная учебная и творческая атмосфера. Вот это стимул! Старания коллектива высоко оценивало жюри многочисленных конкурсов. Все это побудило молодого учителя по возвращении в Рязань устроиться работать актером в Театр кукол, а затем уже в ТЮЗ, который теперь стал Театром на Соборной. В этом году Виктор Шульц празднует 40-летие сценической работы.
«А лет пять назад мои нармушадские ученицы разыскали меня! – подытоживает Виктор Шульц. – Мы встретились, много говорили о том, как сложилась жизнь… Одна девочка, например, работает в департаменте города Москвы. Приятно, что мы не забываем друг друга».

В лесу слов

Но и сценическое, и художественное творчество не единственные увлечения артиста. Всю жизнь Виктор Шульц читает на французском и немецком и даже пишет пьесы. Коллектив Театра на Соборной неоднократно гастролировал во Франции, а однажды привозил спектакль «Давай расскажем сказку» по пьесе, написанной и переведенной на французский самим Шульцем. Персонажами стали герои комедии дель арте, и им нужно было разыграть «Красную Шапочку»! «Настоящая интер­активная сказка в годы, когда слово «интерактив» еще не употребляли, – смеется Виктор Олегович. – Актеры кричат: «У нас нет леса! Где пойдет Красная Шапочка?» Зрители встают и поднимают руки – и получается лес». С таким юмором и жизнелюбием артист работает уже которое десятилетие, за что бы ни брался.
…Когда Виктор Шульц прощается со мной, стоя у входа в гостиную, на мгновение я чувствую, что передо мной само Время, тысячеликое в одном лице. Умеющее говорить на любом языке, прошедшее через эпохи самых невероятных потрясений и открытий и несущее миру энергию вечных изменений и созидания. И поистине счастливы те, кто сумел почувствовать этот поток и дать познать это ощущение другим.
С днем рождения, Виктор Олегович!

Татьяна Клемешева
Фото автора