Майя Гришина: СМИ как свободная дискуссионная площадка на выборах – миф или реальность?


76

Секретарь центральной избирательной комиссии отвечает на вопросы, обсуждавшиеся на первом общероссийском электоральном медиафоруме


Прошедший 28 февраля – 1 марта 2019 года в Москве Первый общероссийский электоральный
медиафорум показал, насколько велик интерес федеральных и региональных средств массовой информации к избирательной тематике. Модератором мероприятия выступила Председатель Центральной избирательной комиссии Российской Федерации Элла Александровна
Памфилова.


На некоторые затронутые на медиафоруме вопросы секретарь Центральной избирательной комиссии Российской Федерации Майя Гришина ответила в интервью исполнительному директору АРС-ПРЕСС С.Б. Дубинской.

– Основные претензии некоторых СМИ к современному избирательному законодательству сводятся, как правило, к двум тезисам. Оно якобы ограничивает работу журналистов и препятствует освещению выборов в целом. Какова картина в реальности?

М.Г. – Да, имеются устойчивые мифы относительно того, насколько наше законодательство ограничивает СМИ. Дело в том, что такая сфера, как информационное обеспечение выборов, весьма чувствительна, и иногда поддержание такого мифа может быть использовано СМИ для того, чтобы отказаться от соблюдения закона при освещении выборов. Однако тезис о том, что законодательство о выборах не дает освещать избирательную кампанию, легко опровергается.
Законом установлено, что при освещении кампании действуют принципы объективности и достоверности, равенства прав кандидатов и избирательных объединений, и эти принципы надо соблюдать. А ограничение для представителей СМИ, не допускающее ведение предвыборной агитации при осуществлении профессиональной деятельности, защищает журналиста от возможного принуждения действовать в чьих-то интересах. Конечно же, это разочарует тех, кто хочет незаконно зарабатывать на такой поддержке. Это не значит, что законодательные нормы запрещают освещать избирательную кампанию. Наоборот, направлены на то, чтобы кампания отображалась в СМИ широко, не односторонне.

– СМИ без всякого противодействия могут освещать предвыборную деятельность кандидатов?

М.Г. – Запретов на освещение избирательной кампании и деятельности кандидатов нет. Согласно нормам законодательства, кампания должна освещаться широко и многосторонне. Надо приводить разные точки зрения, в избирательном законодательстве об этом и говорится. В рамках информирования можно брать интервью у кандидатов, проводить «круглые столы». Главное, чтобы все эти материалы были объективными, достоверными и не нарушали равенства кандидатов. Этот принцип надо соблюдать.

– Но наверняка имеются и другие варианты нарушений, из-за которых к СМИ возникают претензии?

М.Г. – Распространенное нарушение – это опубликование опроса общественного мнения с нарушением сроков и порядка, несмотря на то что этот запрет установлен в нашем законодательстве давным-давно. Более того, он является характерным для правовых систем других государств.
Тем не менее в каждой кампании, в каждый единый день голосования такие нарушения обязательно есть. В принципе, они достаточно легко выявляются, тем более что в Центризбиркоме и Рос­комнадзоре имеется система выявления такого рода формальных нарушений путем мониторинга интернет-пространства.

– А можем ли мы освещать текущую профессиональную деятельность должностного лица, если оно является кандидатом?


«Имеются устойчивые мифы относительно того, насколько наше законодательство ограничивает СМИ… Иногда поддержание такого мифа может быть использовано СМИ для того, чтобы отказаться от соблюдения закона при освещении выборов»


М.Г. – Да, такую деятельность можно освещать при условии, что в информационных материалах не будет содержаться сведений об участии данного лица в избирательной кампании в качестве кандидата. Другое дело, если сообщение о профессиональной деятельности будет одновременно содержать информацию о предвыборной работе… Во избежание информационного дисбаланса необходимо строго придерживаться принципа равенства освещения деятельности и других кандидатов. Это принципиальная позиция законодателя.

– Насколько сегодня урегулирован вопрос о распространении политической рекламы в Интернете? Многие участники выборов зачастую считают, что в этом вопросе царит настоящий хаос.

М.Г. – Абсолютно не так. Дело в том, что распространение интернет-агитации – регламентированная существующим законодательством деятельность. Например, во время избирательной кампании по выборам Президента Российской Федерации в ЦИК России передавались со стороны кандидатов специальные агитационные ролики для распространения в сети Интернет. Некоторые из них получили широкую известность. И если в Интернете появляется реклама кандидата, то это далеко не всегда незаконная реклама. Сегодня вполне допустимо сделать ролик, направить его в избирательную комиссию и легально распространять на любых интернет-площадках. Пожалуйста, можно пойти к популярному блогеру, который берет за размещение политической рекламы некое вознаграждение из избирательного фонда кандидата, договориться с любым популярным ресурсом. И это в рамках избирательного законодательства.
Что сейчас отсутствует, так это практика регулирования распространения мнений. Есть тенденция к выстраиванию системы фильтрации контента. Законодательство в этой части развивается. Так что еще раз подчеркну: далеко не все в Интернете является неурегулированным. Более того, в сети вполне можно вести легальную агитационную кампанию.
Правда, исследования говорят, что пока общение политических партий, участвующих в выборах, с интернет-аудиторией проходит не очень продуктивно. Я думаю, что жизнь заставит их заниматься онлайн-агитацией, и политическая реклама будет отвечать всем предъявляемым законом требованиям.

– Очевидно, что со временем в Интернете будут усиливаться не только законная агитация, но и контрагитация, черный пиар, просто негативный контент. Как регулировать эту проблему?

М.Г. – Все правильно, и именно здесь важна позиция законодателя. Если мы говорим о регулировании, то сначала надо разобраться, что запрещать и что разрешать. В прошлом году я участвовала в международной конференции организаторов выборов, на которой обсуждались выборы в цифровую эпоху, а избирательные комиссии разных стран делились свои опытом работы с интернет-средой. Кто-то пытался вести тотальный мониторинг или запрещать все подряд, но ни одна из стран не предложила технологию, которая бы работала. Все методики вызывали те или иные сомнения.
Поскольку никто не собирается «закрывать» Интернет, организаторы выборов из различных стран пришли к выводу, что неэффективной является попытка блокировать какой-то негативный контент (ответственность и наказание за оскорбление и клевету в данном случае никто не отменял). Участники конференции предложили в качестве оперативного и эффективного метода противодействия такому негативу распространение качественных материалов, переадресацию аудитории к другому содержанию. Таким образом нивелируется негативное, вредное и даже опасное содержимое сети. Это, конечно, только одна из точек зрения.

– Региональные газеты с государственным участием отмечают, что им приходится публиковать массу документов, особенно в выборный период. А газетные площади очень ограничены. Почему нельзя делать такие публикации в сети Интернет?

М.Г.– Я помню достаточно жесткую дискуссию в Совете Федерации по этому поводу. Смысл таков: на сегодняшний день законодатель не готов отказаться от перевода всех официальных публикаций, документов избиркомов в том числе, только в электронный формат. Мы понимаем, что все можно разместить в Интернете. Да, это здорово. Это даже обязанность избирательных комиссий по многим позициям. Но законодатель говорит, что публикация должна быть еще и на бумажном носителе, и пока не готов от этого отказаться, принимая во внимание, что и у печатных СМИ есть свой читатель, который не готов переходить на интернет-ресурсы.


Законом установлено, что при освещении кампании действуют принципы объективности и достоверности, равенства прав кандидатов и избирательных объединений, и эти принципы надо соблюдать


Интервью вела Софья Дубинская
(публикуется в сокращении)