На опасных участках


233

3 октября в России отметили День ОМОН

Постолов Александр Петрович.
В 2013-2018 гг. – заместитель командира рязанского СОБРа. С сентября 2018 года – командир ОМОНа. Неоднократно выезжал в служебные командировки в Северо-Кавказский регион. Награжден государственными и ведомственными наградами, в том числе медалями «За отвагу» и «За отличие в охране общественного порядка».

К подразделениям ОМОН обращаются за помощью тогда, когда возникает прямое противоборство с преступниками. При этом такие подразделения являются наиболее мобильными. В профессиональном плане они лучше других подготовлены к действиям в условиях возможных экстренных ситуаций. Но к какому бы ведомству ни относились отряды ОМОН и как бы они ни назывались, их сотрудники в современной российской истории уже не раз доказывали свой высокий профессионализм, самоотверженность и работу на благо общества.

Накануне праздника командир рязанского ОМОНа Александр Постолов дал интервью корреспонденту нашей газеты.

Р.В. – Как вы пришли на службу в спецназ и давно ли возглавляете ОМОН?

А.П. – Мой отец, прослуживший всю жизнь на флоте, хотел, чтобы я пошел по его стопам, а я и не представлял себя в погонах, даже не предполагал, что буду служить в спецназе. В середине 90-х я оказался на службе в рязанской вневедомственной охране. Потом мне предложили работу в Управлении по борьбе с организованной преступностью, в состав которого входил СОБР. Два года я занимался аналитической работой – планировал спецоперации. Мне было необязательно ездить в командировки, но, отработав два года, я понял, что служить в СОБРе и не выезжать на специальные задания неправильно. Я сказал командиру, что тоже хочу ездить. Сейчас у меня более 10 командировок на Северный Кавказ и 15 лет службы в рязанском СОБРе.
Командиром ОМОНа я стал год назад. Руководство посчитало, что полезнее мое пребывание не в СОБРе, а в ОМОНе, чтобы перевести мой опыт работы в организацию деятельности этого спецподразделения.

Р.В. – Как и когда в Рязани появился ОМОН?

А.П. – Отряды милиции особого назначения были созданы еще в Советском Союзе в конце 80-х годов. Усложнившаяся оперативная обстановка, разгул преступности – стандартные сотрудники милиции не справлялись с этим валом. Поэтому в системе МВД стали появляться подразделения, которые могли дать отпор преступникам. ОМОН – это подразделение, которое действует в рамках закона, но при этом работает по-особому. В Рязани ОМОН появился уже в 90-е годы – 29 марта 1993 года.

Р.В. – Что общего и в чем отличия между ОМОНом и другими спецподразделениями?

А.П. – Каждый сотрудник спецподразделения по-своему уникален, но и взаимозаменяем. Физическая подготовка, владение тактическими приемами, умение обращаться с оружием – все это позволяет при желании пойти служить в другое подразделение, немного поняв его сущность. ОМОН – подразделение широкого профиля. Наши сотрудники задерживают преступников, участвуют в обеспечении общественной безопасности на соревнованиях и культурных мероприятиях, пресекают нарушения на воде. Взрывотехники выезжают на сообщения об обнаружении подозрительных свертков, сумок, распознают и обезвреживают взрывоопасные предметы. У нас есть высотники, кинологи, снайперы – у всех свои задачи.

Р.В. – Как вы оцениваете рязанский ОМОН в сравнении с другими спецподразделениями?

А.П. – Нам повезло, что в Рязани находится учебно-тренировочная база Росгвардии для сотрудников спецподразделений. Мы постоянно там тренируемся. Этим летом наши ребята победили в соревнованиях групп боевого порядка ОМОН Центрального округа Росгвардии, постоянная подготовка не прошла даром. Соревнования включали этапы физической и огневой подготовки, служебный биатлон и перетаскивание автомобиля ТИГР. На всероссийских соревнованиях ребята также выступили достойно, вошли в десятку лучших команд.

Р.В. – Александр Петрович, расскажите о режиме дня в отряде, как сотрудники поддерживают физическую форму?

А.П. – У нас в отряде тренировки проводятся ежедневно: занятия по рукопашному бою, высотная, медицинская и физическая подготовка, стрельба из различных видов штатного оружия.
Если нет времени куда-то выезжать, то мы тренируемся даже в кабинетах. Высотная подготовка – вяжем узлы, огневая – собираем и разбираем оружие в темноте, с закрытыми глазами, в противогазе. Сотрудники спецподразделения должны поддерживать физическую форму, ведь во время боевой операции мы несем на себе тяжелое вооружение и при этом выполняем служебные задачи.
У нас есть круглосуточный резерв на первоочередные мероприятия, пока остальные тренируются или находятся на выходных, эти люди готовы в течение одной минуты выехать. Взрывотехники и кинологи круглосуточно выезжают на сообщения об обнаружении подозрительных предметов.

Р.В. – Как происходит отбор на службу? Чему уделяете особое внимание? Вы лично беседуете с каждым кандидатом?

А.П. – В ОМОН идет не набор сотрудников, а отбор. Все начинается с беседы. Первый вопрос, который я задаю: готов ли ты к командировкам, расстаться с родными? Многие ищут работу без отрыва от семьи. У нас так не получается. Есть командировки на несколько месяцев. И выезды не всегда комфортные, если есть палатка и спальный мешок – это уже хорошие условия. После беседы человек проходит медкомиссию и психологическую диагностику. Заключительный этап – выполнение физических нормативов.

Р.В. – Как вы считаете, что самое сложное в службе в ОМОН?

А.П. – Сама по себе служба в ОМОНе – непростая. Главное – чтобы в отряде было интересно служить, а самое сложное – постоянно поддерживать этот интерес. Мы постоянно добавляем новые вводные на тренировках. Например, отработали задержание преступника в автомобиле, в следующий раз вводные меняем. Предположим, мы вытаскиваем преступника из машины, а он потерял сознание. Нужно помощь оказать, а вдруг он вооружен и притворяется, что ему плохо? Мы спрашиваем у сотрудников, как они поступят.
Омоновцы должны метко стрелять, быстро бегать, заниматься борьбой. Но при этом они должны быть психологически устойчивыми. В ОМОНе эта устойчивость на порядок выше, чем в других подразделениях. Задача ОМОН – охрана порядка на общественных мероприятиях, нужно понимать и учитывать интересы толпы.

Р.В. – Служат ли в рязанском ОМОНе девушки?

А.П. – Служат в нашем отряде и девушки, в основном они занимаются кадровой работой, медицинским и информационным обеспечением. Девушки в отряде только на первый взгляд хрупкие, они отлично владеют приемами борьбы, бегают не хуже мужчин и стреляют метко. У нас служит девушка – мастер спорта по стрельбе из боевого ручного стрелкового оружия, многократный победитель всероссийских соревнований. Недавно она еще раз выполнила норматив мастера спорта.

Р.В. – Что тяжелее – участвовать в спецоперации или руководить, отправлять сотрудников на задание?

А.П. – Если мои люди выехали на задание, я или поеду вместе с ними, либо буду ждать их возвращения. Если сотрудники работают, мы не можем уйти домой, даже если формально рабочий день завершился.

Р.В. – Расскажите о командировках в «горячие точки». Что особенно запомнилось, чем они отличаются от обычных будней?

А.П. – Были командировки, когда приезжаешь, а тебе не дают даже сумку распаковать, сразу на задание отправляют. В командировках иногда приходится спать по 3-4 часа, выезжать на спецоперации за много километров от базы. У меня уходило дней десять, чтобы организм немного привык к обстановке. Многие читают книги, это помогает отвлечься.

Р.В. – Бывает ли вам страшно?

А.П. – Страх – это нормальное чувство. Страшно за себя, за товарищей. Чувство страха помогает сохранить жизнь, бесстрашные чаще погибают. Когда знаешь, что поступаешь правильно, то страх в какой-то мере отступает. Помогает общение с товарищами, а когда думаешь о семье, инстинкт самосохранения еще больше включается.

Р.В. – Есть ли у вас специальные жесты, которые вы используете там, где нельзя нарушать тишину?

А.П. – Конечно, не только в фильмах сотрудники спецподразделений используют жесты. При помощи одних только жестов можно спланировать спецоперацию, не выдав себя ни одним звуком. Есть жесты, обозначающие количество людей, их местонахождение. На тренировках мы это отрабатываем. Два-три занятия – и человек уже понимает и применяет основные жесты.

Р.В. – И напоследок. Есть ли в вашем отряде какие-либо традиции или особые приметы?

А.П. – В ОМОНе есть хорошая традиция: целые подразделения закрепляются за семьями товарищей, погибших при исполнении служебного долга. Сотрудники звонят матерям, женам сослуживцев, предлагают помощь, навещают, поздравляют с праздниками. Еще есть традиция собираться в день памяти боевых товарищей на местах их захоронений. Это даже не традиция, так должно быть.

Беседовала Мария Жарикова