07:40 МСК
Воскресенье
09 / 05 / 2021
1428

Миссия выполнима

Чтобы осуществить поход на Северный полюс, Михаилу Малахову и Ричарду Веберу потребовалось шесть лет подготовки
Фото из личного архива М. Малахова
Фото из личного архива М. Малахова

20 лет назад 15 июня завершился уникальный поход на Северный полюс и обратно канадского лыжника Ричарда Вебера и врача из России, нашего земляка Михаила Малахова. Путь по льдам протяженностью 2000 километров путешественники преодолели за 123 дня.

Уникальность этого предприятия заключается в том, что поход проходил в условиях низких температур, короткого светового дня, совершенно автономно, с запасом продуктов и снаряжения на четыре месяца пути.

Все продумать и рассчитать

Об этом походе написано и рассказано немало, и тем не менее каждый раз, слушая рассказы Михаила Георгиевича об этом путешествии, узнаю множество разных новых деталей.

Ричард и Михаил учли, просчитали все: от стратегии похода и снаряжения (во внимание брали даже материалы и покрой одежды) до мелочей.

– В общей сложности на подготовку и осуществление похода ушло 6 лет. Мы смогли это сделать лишь тогда, когда все было отработано, опробовано на себе, когда всего было ровно столько, сколько нужно, когда ничего не портилось и не ломалось. На каждую поломку расходуется энергия и время, что в экстремальных условиях было недопустимо. Энергия – это еда, рассчитанная по 230 килограммов на каждого. Груз брали с собой, передвигать его нужно было со скоростью 20 километров в день, – говорит Михаил Малахов, вспоминая этапы подготовки экспедиции.

Путешественники продумывали не только расход калорий в день, но и количество порций.

– На случай какой-то непредвиденной ситуации для пополнения запасов мы могли попросту застрелить какую-нибудь живность. Мы это сделали лишь однажды. Нашей добычей стала нерпа, – рассказывает Михаил и добавляет:

– Многие путешественники за время похода сильно худеют, так как не соблюдается энергетический баланс. За время нашего похода наш организм активно потреблял жир и воду. К финишу мы немного «усохли» и напоминали сушеных Гераклов. Тем не менее мой дефицит веса составил всего 1, 8 килограмма.

Детали и мелочи сложились в единое целое, позволив преодолеть испытания и трудности перехода земля-полюс-земля, который жена Михаила Ольга как-то охарактеризовала «ужасом на крыльях ночи».

Как это все начиналось

Вебер и Малахов познакомились во время советско-канадской трансарктической экспедиции «Полярный мост» в 1988 году. У каждого за спиной уже были свои «арктические университеты».

– Нам уже был интересен не столько маршрут к Северному полюсу, а возвращение назад к земле, как это было на заре полярных исследований, – говорит Михаил Малахов. – Никому же не приходит в голову, поднявшись на Эверест, вызывать вертолет для спуска вниз. А вот с полюса почему-то старались вернуться с помощью техники. За год до этого мы уже встречались с Ричардом. Общались, и вот как-то в разговоре сошлись во мнении, что прогулки по льдам Арктики были бы гораздо интереснее, если обойтись без поддержки извне. Вспомнили первопроходцев Арктики Пири и Кука. Поделились догадками, что эти ребята на полюсе, скорее всего, не были. Может, попробовать проверить, но как? И если начинать, то надо непременно сделать лучше. Идея получила развитие. Продумали маршрут: от острова Уорд Хантер до полюса и обратно. Рассматривались и другие варианты, но этот был взят во внимание как самый сложный.

На начальном этапе команда должна была состоять из четырех участников, но, как говорит Малахов, после первого «боя с Арктикой в 1992 году, который закончился вничью», Михаил и Ричард остались вдвоем. Этому тандему и дано было осуществить задуманное.

Старт экспедиции

13 февраля 1995 г. врач из Рязани Михаил Малахов и инженер из Оттавы Ричард Вебер начали свой поход по дрейфующим льдам в условиях полярной ночи.

20 лет назад, получая и обрабатывая полученную в Центре «Полюс» информацию о ходе экспедиции, я каждый раз думала: как же можно выжить вдвоем во льдах? И еще нужно брать во внимание психологическую совместимость.

Оказывается, в таком походе этот вопрос отходит на задворки личных амбиций. Иначе не дойти – ложись и замерзай в условиях арктических льдов. Напряжение помогал снять, к примеру, горячий кофе по утрам, так как он напоминал домашнюю кухню. «В редкие дни отдыха мы позволяли себе пару пакетиков быстрорастворимого супчика, в который добавляли сухой концентрат бекона двойного копчения. После напряженного, но результативного дня, как награду, позволяли себе леденец. Но основным была тяжелая работа «в офисе». Так Михаил и Ричард называли пространство за стенами палатки. А там …обжигающий ледяной ветер, мороз, неровная поверхность льда, огромные полыньи.

Смелыми, отчаянными людьми оказались эти двое. А ведь любая льдина, на которой они устанавливали палатку, могла треснуть. Санки с провизией – утонуть, встреча с хозяином Арктики – белым медведем – не исключалась.

Михаил вспоминает: ситуации были разные. Однажды решили переплыть большую полынью на льдине. Встав на нее со всеми санями и рюкзаками, оттолкнулись при помощи палки. Едва перешли на другую половину льдины, как та, на которой только что стояли, вдруг треснула и начала переворачиваться…

В условиях экстремальных нагрузок Михаил и Ричард по договору, заключенному с российскими и канадскими учеными, в пути проводили исследования по адаптации организма к холоду и длительным запредельным физическим нагрузкам. Выполняли работу по экологии, собирая образцы снега, чтобы помочь ученым понять, насколько загрязнена Арктика.

Сутки отдыха и гоу хоум!

На 89-й день пути путешественники достигли Северного полюса.

– Для нас это стало поворотной точкой. Не доходя шести миль до полюса, устроили базовый лагерь, оставили тяжелый груз. Это был колоссальный риск, так как во время нашего облегченного броска на Северный полюс склад мог и уплыть. И тогда уже шансов вернуться домой не было. До полюса дошли налегке. На месте провели необходимые замеры и передали на большую землю координаты своего местонахождения с помощью «месседжера». Этот прибор, позволявший обменяться посланиями с большой землей, был разработан специально для нашего похода в Берлинском техническом университете. Своеобразный прообраз спутникового телефона, но без возможности голосовой связи. Послания, не превышавшие 64 символа, принимали сотрудники университета в Берлине и члены нашего штаба в Оттаве. Мы этот прибор включали в удобное для нас время и не были привязаны к сеансам трафика, как при обычной радиосвязи. Для объективной информации о нашем местонахождении мы использовали специальный радиобуй, который использовали на старте, на полюсе и на финише. Никакой другой связи с внешним миром не было.

Путь к земле, уже с меньшим грузом, оказался не менее сложным. Никто не знал, хватит ли ресурсов у организма для работы в супертяжелых условиях на столь продолжительное время. Да и ледовая обстановка была непредсказуемой. Тогда, в 95-м, весна была теплой, лед начал активно таять, отмечалась его повышенная подвижность.

Огромные, порой многокилометровые полыньи путешественникам приходилось обходить, отклоняясь от намеченного маршрута.

На финальном этапе связь с экспедицией была нерегулярной, так как аккумуляторы приборов связи уже исчерпывали свой ресурс.

Малахов и Вебер не берегли ни сил, ни продуктов, они верили в свой план «энергобаланса» и шли напролом. Рабочий день увеличился до 18 часов, а их персональный суточный ритм в условиях полярного дня дошел до 30 часов. Лед становился все более изломанным, иногда путешественникам приходилось идти по ледяной каше. Понятно, что условия старта и финиша разнились. Ведь если в начале пути температура воздуха была минус 58 градусов, то к концу похода – около нуля. Последние десять дней Михаил и Ричард шли днем и ночью, делая лишь короткие остановки для еды, времени на сон уже не было. На кону были не слава и регалии, а просто жизнь.

– Незадолго до финиша, когда уже был виден берег, я провалился в полынью и очень испугался. Ледяная каша затягивала меня, как болото, но мне удалось выбраться. И самое парадоксальное, что я испугался не утонуть, а потерять лыжи, – вспоминает Михаил. – За время путешествия у нас обострились слух и обоняние. И вот что удивительно: мы еще не видели острова Уорд Хант, а я уже почувствовал его запах. Все. «Dan it!» – закричал я (Сделано!)

Полюс покоряется отважным и мудрым

Михаилу часто задают вопрос: возникало ли в условиях похода ощущения безысходности или страха?

Малахов не скрывает. Чувство страха иногда присутствовало. Главное было суметь его преодолеть. «Мы никогда не теряли чувства уверенности, верили, что переход нам по силам», – говорит Малахов и подчеркивает: – Заявление Кука и Пири, что они дошли до полюса с участием вспомогательного персонала и собак, пройдя такой маршрут самостоятельно, мы вправе поставить под сомнение. В начале двадцатого столетия еще не было достаточного запаса знаний и технологий, чтобы человечество смогло пройти эту дорогу. Несмотря на шагнувший вперед технический прогресс, даже в наши дни пока никто не только не повторил наш поход, но даже не пытался этого сделать.

То, что мы осуществили, было за пределами человеческих возможностей. Эту задачу надо было понять, решить, создать систему выживания и пребывания во льдах, когда ты можешь нормально функционировать, решать какие-то поставленные задачи в автономном режиме.

Конечно, мы использовали самые передовые достижения. Многие вещи были нашей собственной разработкой, так как все, что предлагалось для нашего похода «земля-Северный полюс-земля», в автономном режиме попросту не годилось. Инструкций, как сходить в такой поход и вернуться, не существовало. Мы создали такую инструкцию, закрыв последнюю страницу в истории освоения Северного полюса: автономное путешествие на полюс и возвращение назад», – заключил Герой России Михаил Малахов.

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 113 (4907) от 26 июня 2015 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.

Ранее по теме:

В Рязани ведется активный капитальный ремонт многоэтажных домов

В Рязанском ЦНТИ состоялось награждение лауреатов конкурса «Лучшее предприятие и высшее учебное заведение Рязанской области в сфере изобретательской и рационализаторской деятельности»

В Рязани Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту падения ребенка с батута

Укротители огня
Касимовец Даниил Мушинский стал одним из участников нового клипа Филиппа Киркорова
Елена Серебрякова
Если дым мешает жить
Пассивное курение способствует развитию у некурящих тех же заболеваний, что и у курильщиков
Людмила Иванова
Читайте в этом номере: