04:40 МСК
Четверг
09 / 07 / 2020
1535

Роль длиною в жизнь

Юность – это свойство характера
Автор фото: Дмитрий Осинин | Роль длиною в жизнь
Фото: Дмитрий Осинин.

После ухода со сцены ей года три снились тревожные сны. Будто она забывает текст роли и не знает, что говорить. Или выходит на сцену в будничном платье и без грима.

Однажды пережитые волнения продолжают дремать где-то в глубинах подсознания, время от времени прорываясь сквозь чувство ностальгии. Впрочем, смешное и грустное тоже идут рука об руку.

Людмила Трушникова приехала поступать в актрисы рязанского ТЮЗа в коляске милицейского мотоцикла. Отчетливо помнит тот вечер 19 сентября 1960 года, когда поезд доставил ее на станцию Рязань I. Моросил холодный дождь, и не горели фонари. Куда идти? «Хоть бы родная милиция довезла!» – вполголоса сказанные слова каким-то чудом долетели до ушей рядом стоящего милиционера. В люльке мотоцикла ее доставили к зданию ТЮЗа, располагавшегося в те годы на улице Ленина. Все было как в кино. «Под кулаком старшины задрожали железные двери, и я подумала, что театр сейчас развалится. Послышались шаркающие шаги, и боязливый старческий голос произнес: «Кто там?» – «Открывайте, артистку привезли!» Дежурный дядя Вася откинул шпингалет, и я очутилась в храме Мельпомены».

Для Людмилы Ватутиной это был четвертый театр в ее жизни, если не считать студию при Архангельском драматическом театре. Педагог студии, прекрасный и дальновидный режиссер Соломон Абрамович Гляттер ей сказал: «Здесь ты была ученицей и еще долго останешься для всех Людочкой. А в другом городе тебя встретят как профессиональную актрису. Поезжай!»

В Казахском драмтеатре города Чемкента ей сразу дали роль слепого ребенка в спектакле по Назыму Хикмету «Всеми забытый». А фактически посвятили в амплуа травести – это когда взрослый актер играет роли детей. Людмила подходила для этого идеально – невысокого роста, мальчишеского телосложения, с задорными интонациями в голосе. Как-то за один сезон ей пришлось сыграть шесть ролей мальчишек. И ни один образ не должен был повторяться. Подростковые повадки подсматривала у братьев – их у Людмилы четверо. Всякий раз пыталась находить зерно роли, из которого прорастал характер. Чтобы почувствовать себя пацаном, Люда осваивала самокат и набивала карманы штанов гайками, железками и проволочками. Однажды она настолько вжилась в роль, что вдруг почувствовала в себе неодолимое желание разрисовать стену за кулисами. Буйный темперамент ее персонажа – хулигана Петрова – требовал выхода.

До сих пор она убеждена, что сказки надо играть легко – на грани шалости и хулиганства, а не превращать их в психологические драмы.

– Нет, душа моя не протестовала. Мне нравились роли детей, а к роли Буратино я относилась с такой ответственностью, будто должна сыграть Гамлета, – вспоминает Людмила Ивановна.

И все-таки не зря говорят, что травести – самое драматичное амплуа. «Век травести – до сорока, потом они выброшены из жизни», – считают представители этого жанра театрального искусства.

Людмила Трушникова творческий кризис почувствовала в 42 года. Роли мальчишек давались уже с натугой. За плечами, к счастью, был театроведческий факультет ГИТИСА. И еще немалый опыт общественной работы по линии Союза театральный деятелей. Как человеку обходительному, деликатному и очень энергичному, ей нередко поручали встречу приезжающих в Рязань режиссеров и актеров звездной величины.

Должность ответственного секретаря Рязанского отделения Союза театральных деятелей Людмиле Ивановне предложил Николай Сергеевич Вознесенский, главный режиссер Рязанского театра драмы, заслуженный деятель искусств РФ.

– На вопрос в моих изумленных глазах он ответил прямолинейно: «Ватутина (моя девичья фамилия), молчи и делай то, что надо».

– Вы перекрестились? Поблагодарили судьбу за подарок? – спрашиваю мою собеседницу.

– Подарком я это не считала, потому что любила сцену и свою актерскую профессию, к которой шла с детства, когда в пионерлагере сыграла Любку Шевцову из пьесы «Флаги над Краснодоном». А здесь – кабинет, и какие-то непонятные для меня служебные обязанности… После отпуска пришла в театр, села за стол и не знаю, что мне делать.

А тут еще в СТД раздался звонок от высокого начальника из обкома партии, и из трубки до Людмилы донеслись слова: «Почему это ваш ответственный секретарь поставленными вопросами не занимается!» Начало было многообещающим… Но в тот же день все встало на свои места. Курировавший культурное направление в обкоме партии Николай Андреевич Прилуцкий неопытного работника творческой организации взял под свое крыло:

– Людмила Ивановна, запишите мой телефон. И знайте, когда вам понадобится помощь, звоните без всякого.

К чести Людмилы Ивановны надо сказать, что она никогда не стеснялась просить, когда интересы дела того требовали. Под эгидой СТД проводились фестивали, конкурсы, мастерские для режиссеров, актеров, критиков. В летописи российского театра Рязань отмечена не только тем, что здесь когда-то играл Иннокентий Смоктуновский, но и тем, что в 1989 году именно в театре драмы состоялся учредительный съезд Всероссийского театрального общества (позже СТД), пришедшего на смену Обществу вспоможения периферийным актерам.

Рязанскому отделению Союза театральных деятелей Людмила Ивановна Трушникова посвятила тридцать шесть с половиной лет жизни.

Почти «тридцать шесть и шесть» – нормальная температура для дальнейшей активной деятельности, шучу я. Но сегодня Людмила Ивановна Трушникова, заслуженный работник культуры РФ, к своему рабочему столу подходит последний раз. Возраст диктует новые жизненные роли и сценарии. Она покидает свой пост, но не прощается с театром.

Хорошо, когда есть чувство выполненного долга. И спокойно на душе от того, что сделала все задуманное. Например, добилась приведения в порядок надгробий и памятников рязанским актерам на Лазаревском кладбище, среди них памятник Александру Игнатьевичу Канину, режиссеру и актеру театра драмы, лауреату Сталинской премии.

Передавая эстафету молодым, Людмила Ивановна надеется на то, что авторитет театральной творческой организации будет повышаться. Что СТД окажет свое влияние на сохранение лучших традиций русского репертуарного театра.

– Ведь театр силен прежде всего своей труппой, где сохраняется преемственность опыта. Сочетание возможностей молодых и старших актеров придает постановкам необходимый эмоциональный накал и мировоззренческую глубину. А востребованными актеры разного возраста бывают тогда, когда театр тяготеет к классике. Верю, что классическая драматургия и дальше будет стержнем современного русского театра, – говорит Людмила Ивановна.

– Какое напутствие вы дадите молодому поколению актеров и тем, кто только собирается связать свою судьбу с театральной профессией?

– Держаться вместе. Друг другу помогать. И не бояться замечаний. Меня никогда не пугали недобрый взгляд или брошенное в мой адрес грубое слово. Может быть, в этом заслуга моих педагогов, которые научили меня раскрепощенно держаться на сцене. Я думаю, что любое замечание можно обратить себе на пользу, если профессия для тебя важнее личного психологического спокойствия. Конечно, замечания бывают разные по степени объективности. Но на то и дана голова актеру, чтобы отсеивать пустое. Однажды мне, например, сказали: «Ты, Людка, в профиль не вставай. Тебя в профиль не видать на сцене». А бывало, что даже недобрые замечания служили хорошим строительным материалом. И я начинала рассуждать: «С этим я не согласна, а с этим спорить не буду. Но поскольку я – это я, то мне нужно делать так и так». За долгую жизнь в театре убедилась в одном: если тебя критикуют, значит, твоя личность значима и интересна, и чьи-то ожидания основаны на твоих творческих предпосылках. Спектакль не сложится, если каждый актер занят только собой. У меня была одна роль, которая, я считаю, не удалась – и только потому, что некому было дать совет. Режиссер сам был задействован в спектакле. Я искала образ героини везде. Эмоционально взвинчивала себя до такой степени, что иногда казалось: сейчас выйду на улицу, сверну за угол и увижу свою героиню.

– Увидели?

– Нет, не увидела. И сыграла ее ниже своих возможностей. Я всем актерам желаю таких партнеров, которые ненавязчиво помогали бы их творческим исканиям войти в нужное русло. Все мы воздействуем друг на друга, перетекаем из одного состояния в другое. В этом и заключается живое творчество Театра.

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 14 (5055) от 29 января 2016 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
Долгое ожидание на остановке
Коммунальный прорыв
Светлана Максимова
Читайте в этом номере: