08:49 МСК
Понедельник
05 / 12 / 2022
3720

Откуда в китайце русская грусть?

Как мы уже сообщали, российская делегация Дальневосточного международного форума журналистов побывала в китайском городе Харбине. О своих впечатлениях рассказывает наш корреспондент.
Автор фото: Димитрий Соколов. На фото: Софийский собор – самый крупный православный храм на зарубежном Дальнем Востоке.
Фото автора.
На снимке: Софийский собор – самый крупный православный храм на зарубежном Дальнем Востоке.

Консьерж роскошной гостиницы «Шангрила» в центре Харбина забегает чуть вперед нашей группы и услужливо нажимает кнопку лифта. Он с удовольствием пожелал бы нам счастливой поездки на десятый этаж, если бы знал хоть немного по-русски. Впрочем, знаний не требуется – искренним радушием светятся его глаза. Нам уже успели рассказать по дороге, что претендовавших на отель японских туристов спешно перебросили в другую гостиницу, а нас заселили в этот волшебный храм китайского гостеприимства, где каждая дверная ручка сверкает дороговизной. В автобусе наш гид Лю (просила называть просто Любой) не устает рассказывать об особенно теплых отношениях китайцев с русскими и почему-то о любви всех китаянок к Путину, с трогательным акцентом она говорит: «Ваша нация великая! Поняли меня, да?»

Китайцы действительно очень признательны русским и не упускают случая высказать нам свое благорасположение. Жизнь в Харбин вдохнула Китайско-восточная железная дорога, построенная нашими соотечественниками 100 лет назад. Благодаря дороге провинциальный поселок с населением 20 тысяч начал развиваться как мегаполис, и сейчас в нем 6 млн. жителей. В годы Второй мировой советские солдаты выгнали из Китая японских милитаристов, сложив свои головы за независимость Поднебесной. И первый пункт программы делегации российских журналистов, возглавляемой председателем СЖР Всеволодом Богдановым, – посещение мемориального комплекса, где похоронены русские красноармейцы, а также эмигранты, уехавшие в Харбин после революции.

Кладбище содержится в идеальном состоянии. Я кладу цветы на могилу безымянного красноармейца. Мои коллеги расходятся к другим мраморным надгробиям. Так мы и ходим – молча и печально, а за нами шелестят сухие стебли кукурузы. Китайцы очень любят и ценят эту культуру, которая здесь, на мемориале, служит своеобразным подношением миру усопших от мира живых. Считается хорошим делом положить несколько свежих початков на могилу, а потом забрать их домой, чтобы съесть в семейном кругу. Надгробия эмигрантов выглядят более ветхими. На гранитных плитах можно прочитать эпитафии, оставленные детьми умерших. Зачастую они написаны по-русски с ошибками – видимо, у потомков уже другая родина. И не покидает чувство жалости к людям, нашедшим последний приют вдали от России, среди чужой культуры и замысловатых иероглифов. Впрочем, в первой половине прошлого века, когда Харбин превратился в столицу русской эмиграции в Азии, этот город не был таким уж китайским. Здесь существовали русские школы, больницы, кинотеатры и даже цирк, выходили периодические издания, действовали общественные организации. Велись православные богослужения в Софийском соборе. Он и поныне является самым большим православным храмом на Дальнем Востоке, сказал нам экскурсовод. Для его реставрации китайцы собрали семь миллионов юаней добровольных пожертвований. Площадь перед собором, как и прежде, – излюбленное место отдыха харбинцев и многочисленных туристов. Мы видели, с каким увлечением они фотографируют церковь и друг друга на ее фоне. Долго сидят на каменных парапетах, созерцая величие православной русской архитектуры. Тут же, на площади, кормят голубей, взмывающих под самые купола. А вокруг высятся современные торговые центры, в зеркальных облицовках которых отражаются маковки собора. Одна пожилая китаянка молитвенного скрестила руки и долго стояла на площади.

Минуло лет двадцать, как в церкви прошло последнее богослужение, и теперь в ней располагается музей, рассказывающий о жизни русских в Харбине. Слишком мало осталось в городе русских, чтобы содержать православный приход. Но, говорят, на центральной пешеходной улице, получившей второе название «Арбат», еще можно купить хлеб, выпекаемый по русскому рецепту, и настоящий русский кефир. Мы этих продуктов, честно говоря, не видели, поскольку на «Арбате» были заняты поисками сувениров. Увы, нас ждало разочарование – на всех витринах стояли… расписные матрешки с круглыми глазами.

Помимо матрешек, русского хлеба и кефира, в Харбине еще очень любят песню «Подмосковные вечера», а также фильм «Служебный роман». Любимым актером, естественно, является Андрей Мягков. Чем тронул сердца китайцев и особенно китаянок товарищ Новосельцев, Люба нам не объяснила. Но мы догадались – конечно же, способностью влюбляться и любить безоглядно. Правда, про русских мужчин мы услышали не очень-то лестные отзывы: мол, они слишком любят диван, тапочки и газеты. Поэтому браки русских мужчин и китаянок здесь часто оказываются непрочными. «Китайская женщина нетерпеливая», – объяснила Люба. По ее словам, хорошие семьи получаются, когда русская женщина выходит за китайца. Лично она мечтает иметь трех детей, но в Китае действует политика ограничения рождаемости. У городских семей приветствуется лишь один ребенок, у сельской – максимум два, если одна из них – девочка.

Нам о многом хочется расспросить улыбчивую спутницу, но автобус едет слишком быстро, и мы оказываемся то на шелковой фабрике, то на фабрике по изготовлению жемчужных украшений, то на чайной церемонии, где воздух благоухает всеми оттенками растительной экзотики.

В шестимиллионном Харбине совсем нет пробок. Отчасти это достигается запретом на движение личного транспорта в определенные дни недели с определенными номерами. Но главную роль играют все-таки удобные транспортные развязки и широкие гладкие дороги. То и дело удивляемся контрастам: на крышах домов видим солнечные батареи, а внизу натужно крутят педали велорикши, везя за собой тележки с картофелем. При виде привычных сеток как-то непроизвольно вырвалась фраза: «Почем картошка?» Гид перевел: на русские деньги примерно 10 рублей килограмм. Мы поняли, что с нашими зарплатами в Китае жить можно. Главное, не болеть: государство оплачивает 90% стоимости лечения только больным с тяжелыми заболеваниями, а если недуг не опасный, то самому пациенту платить придется больше.

Удивляет нас и отсутствие так называемого ветхого жилого фонда – всех этих деревянных развалюшек, которые в российских городах привычно соседствуют с новостройками. В Харбине как-то удалось убрать людей из трущоб, хотя зарплаты у местного населения в среднем невысокие, не выше наших. Прямо внутри города создана особая экономическая зона с преференциями для бизнеса. Так удается преодолевать неравномерность развития разных территорий, даже в пределах городской черты.

Китайцы быстро перенимают все самое новое и современное. Нам рассказывали, что если новая продукция поступает на север Китая, в тот же Харбин, то уже через неделю на юге появляются довольно классные подделки, иногда вполне сносного качества, которые продаются в разы дешевле и наводняют рынок и мелкие магазинчики.

Но секрет экономического чуда Китая не всегда кроется в инициативности и мобильности населения. Издержки, которые приносятся в жертву быстрому росту, бьют, в первую очередь, по самим жителям. В Харбине мы не могли отделаться от чувства дежа вю. Круглыми сутками там висит смог, который мы наблюдали у себя минувшим летом во время лесных пожаров. В Харбине дымка с привкусом гари – следствие громадных выбросов в атмосферу металлургического завода, а также текстильных фабрик. Среди заболеваний на первом месте здесь легочные онкологические. Неудивительно, что целый день, находясь на воздухе, наша группа чувствовала усталость.

«Вот у вас на Дальнем Востоке хорошо – воздух чистый, людей мало», – говорит китаянка Люба. Но мы все равно обещаем приехать в Китай снова. «Да-да, уж лучше мы к вам», – шутит кто-то на заднем сиденье. Его не слышат. Все расспрашивают очаровательную Лю о белом тигре с голубыми глазами, который бродит где-то в Харбинском зоопарке площадью 42 квадратных километра.

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 210 (3761) от 04 ноября 2010 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
Поверили «Синей птице»
Во вторник гениальная сказка Мориса Метерлинка «Синяя птица» была представлена в областном театре драмы. Ее исполнили народная артистка России, актриса МХТ имени Чехова Евгения Добровольская ...
Владлен Гордиенко
Вопрос – ответ
Читайте устав
Читайте в этом номере: