17:04 МСК
Суббота
28 / 11 / 2020
1512

Предновогодние свидания

Автор фото: Иван Назаров. На фото: Закат в заснеженном лесу
Фото автора.
На снимке: Закат в заснеженном лесу

Декабрь в нашем краю чаще бывает малоснежным, в вылазках на природу позволяет обходиться без лыж. Нынешний год исключением не стал, и это давало возможность добираться по неглубокому снегу пехом куда угодно.

В лесу

Лес всегда богат интересными, волнующими душу встречами. Конечно, весной, летом или осенью в лесу гораздо больше всего, что вызывает интерес скитальца, но и заснеженная природа тоже может удивлять, радовать и даже согревать душу.

Вот хотя бы деревья. Еще недавно они угнетали своей наготой с почерневшими от влаги стволами и сучьями. Но выпавший снег все изменил. Облачившись в белые накидки, деревья так похорошели, что теперь в каждом из них живет поэзия. Смотришь на эту обновку леса, и невольно вспоминаются строки Ф.И. Тютчева:

/Чародейкою Зимою/ Околдован лес стоит –/ И под снежной бахромою,/ Неподвижною, немою,/ Чудной жизнью он б­лестит./

В лесу от снега везде светло, виден каждый его уголок, и даже угрюмые ельники теперь наполнились светом.

В это время в ельниках можно увидеть уединяющихся в гуще веток таинственных существ, точнее, вытаращенные на тебя их глаза. Увидишь и от неожиданности сразу почувствуешь, как по спине пробежит холодок. А потом догадаешься: это же ушастые совы!

Для нашей природы ушастые совы не редкость. Пока снег неглубокий, эти, величиной с курицу, птицы охотятся везде, где есть грызуны. А когда снега станет много и мыши выбираться на его поверхность перестанут, ушастые охотники откочуют в наиболее кормные места. Охотятся они исключительно в сумерках, а при свете луны мышкуют и ночью. Днем ночные охотники дремлют, уединившись в сумраке ельников или сосняков. Сидят не шелохнувшись. Иначе нельзя. Не дай Бог узреть сову белым днем воронам или другим горластым ее недругам – устроят такой шумный протест, что выдержать их устрашающие атаки невозможно. Тут ничего не остается, как обратиться в бегство. Что поделаешь, коль отношения многих птиц к совам недружественные.

А взять следы. Их в зимнем лесу оставляют живот­ные-домоседы – хори, ласки, лисы, зайцы, кабаны, лоси и многие другие. Кто умеет читать снежную, или белую, книгу, удовольствие получает не меньшее, чем от чтения книги обычной. Тут тоже бывают и лирические сюжеты, и любовные повествования, и детективы, и романы с драматическим концом. А главное, эту книгу получаешь, что называется, из первых рук.

А закаты зимнего солнца?!. В заснеженном лесу они просто завораживают. Попадешь под влияние этого магического состояния природы и не в силах оторвать взгляд от дивной панорамы, озаренной чарующим светом. Тут поэзию зимы олицетворяют два драматично контрастирующих цвета – синий в тенях и розово-красный на свету. Есть еще и спокойный темно-зеленый цвет, который как бы усмиряет «кричащий» от зари контраст. Потрясающее з­релище!

В поле

За Дубровичами мы свернули на еле угадываемую дорогу, тянущуюся по заснеженному полю. По сообщению местного охотника, на этом поле пасется на сорняках огромная стая птичек пуночек. «Их там страсть как много! Будто со всего света слетелись», – звонил удивленный охотник.

День зябкий, надрывисто посвистывал ветер, мороз хватал за лицо, бесновалась снежная поземка, быстро заметая наши следы. Иногда сквозь разорванную кисею облачности проглядывало низкое декабрьское солнце, и заснеженная природа мгновенно преображалась, наполняясь разноцветными искорками, сверкавшими в скупых лучах как радужное конфетти. А вот и пуночки. Огромная стая белых птичек вспорхнула с края дороги и, немного отлетев в сторону, припарковалась возле торчащих из-под снега рыжих метелок полыни. Стая была такой многочисленной, что трудно поверить глазам. Сотни! «Будто со всего света слетелись», – вспомнились слова охотника.

Эти северяне, благодаря своему белому оперению, на фоне заснеженной природы выглядят будто призраки. Приблизившись метров на пятьдесят, мы принялись считать белых птиц через призмы бинокля: десять, двадцать... сто... четыреста... 600 (!) Уму непостижимо! В прежние годы мне приходилось видеть стаи пуночек из трех, максимум из пяти десятков. А тут – шестьсот!

Конечно, всех до единой птички сосчитать было невозможно, поскольку они то и дело перелетали с одного места на другое, поэтому в отмеченном нами числе возможен плюс-минус до полусотни.

Оказывается, пуночки во время кочевок, как и свиристели, тоже могут собираться в огромные стаи. Только свиристели проявляют интерес к плодам рябины, наведываясь за ними даже в крупные города, а пуночки отыскивают оставшиеся с осени семена сорных трав на полях и лугах. Возможно, в дальнейшем этой стаей заинтересуются ястребы, и она распадется на несколько более мелких, а сейчас птицы своим числом просто поражают.

В городском парке

Зимой аттракционы в парке не работают, но отдыхающих тут меньше не становится. Горожане гуляют по дорожкам паркового леса, любуются снежным покровом на деревьях, играют с детьми, катаются на лыжах. А еще в это время года многие приходят в парк для того, чтобы покормить зимующих на пруду уток, и тоже получают от этого удовлетворение.

Еще полвека назад зимовка диких уток на незамерзающих участках рек и прудах больших городов, в том числе и Рязани, представляла огромную редкость и вызывала удивление. В наше время это выглядит уже как рядовое явление. Удивление вызывает разве что число зимовщиков – с каждым годом их становится все больше. К примеру, в 2006 году на пруду Городского парка Рязани зимовало около полусотни крякв, а в этом году их уже (представить только!) свыше четырех сотен.

Недавно на этом пруду я побывал, ия то, что увидел, иначе как чудом не назовешь. Сам пруд давно скован льдом и только в дальнем его углу, где змеится вытекающая из ольшаника незамерзающая канава, ютятся утки. Под влиянием ночных морозов лед водную гладь канавы постепенно уменьшает, и скопление зимовщиков напоминает переполненный пассажирами поезд. Во избежание толкотни, много птиц выбирается из воды на берег, чтобы подремать на снегу. Зная о том, что тут зимуют утки, к пруду приходят сердобольные люди с угощением. Кто хлебушек покрошит, кто сваренную кашу вывалит, а кто зерно или какую-нибудь крупу разбросает на снегу. Все это зимовщики принимают с благодарностью. Пересиливая страх, они подпускают людей на расстояние трех-пяти шагов – куда денешься, голод-то – не тетка!

И это не единственная зимовка уток в нашем городе. Многочисленное скопление крякв ежегодно отмечается и на пруду в районе Дашково-Песочни. Недавно заместитель директора Окского заповедника по науке Виктор Павлович Иванчев приезжал туда сделать учет. Посчитав уток, он изумился их числом – 550 особей! Удивило ученого и другое. Несмотря на то что в пруду для уток пищи никакой нет, голода они не испытывают. Вся эта великая армия птиц находится исключительно на иждивении горожан, выживая за счет подкормки. Виктор Павлович считает, что это «не есть хорошо». Дело в том, что наши подношения в стихийно возникающих местах зимовок действуют на птиц разлагающе. Зачем тратить силы на дальние сезонные перелеты, если можно сытно и благополучно перезимовать и здесь. Понимая это, многие птицы теперь остаются зимовать в средних широтах России, и растущие в числе их зимовки – яркое тому подтверждение.

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 245 (5286) от 30 декабря 2016 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
Увлекательный мир
Детские библиотеки помогают ребятам развиваться с книгой в руках
Анна Добролежа
Два народа. Как они живут рядом?
Корреспондент «РВ» делится с читателями увиденным в Израиле
Вероника Шелякина
Читайте в этом номере: