07:01 МСК
Среда
08 / 07 / 2020
708

Богатырь планеты

Нашему земляку, самому сильному в мире человеку Василию Алексееву 7 января исполнилось бы 75 лет

Чтобы впервые свидеться с Василием Ивановичем, отправился на проходивший в 1974 году в Тбилиси, в местном цирке, чемпионат Советского Союза. Надо же было такому случиться – меня поселили в гостиничный номер вместе с Александром Чужиным, наставником профсоюзной сборной команды страны, в которую входил и Василий Алексеев. Проговорили с ним до утра.

«Пригласил Алексеева на очередной тренировочный сбор, а Вася возьми да и опоздай на целых три дня. Спрашивает: «Ты что же это, парень? Прогуливать задумал?» Он молчит. Мол, виноват – чего там оправдываться. На тренировках совсем, было, засомневался Чужин в Василии: возится, возится со штангой, а толку никакого – всем товарищам по команде уступает. А соревнования начались – преобразился Василий, всех победил».

Зная о крутом нраве земляка, интересуюсь у Чужина: «Как меня Василий встретит?» «Не волнуйся – приветит, – отвечает Александр. – Только не надо у него автограф спрашивать, вопросами-безделушками беспокоить. Это он терпеть не может. Скажешь: вот, мол, привез вам снимки с родины, из милославского Покрово-Шишкина – милые для его сердца места. Он сразу и потеплеет». Так и случилось: подарил ему фотографии, и разрешил Василий Иванович единственному из корреспондентов, земляку, и в разминочной комнате присутствовать, и к месту состязаний, к цирковой арене-площадке, его сопровождать…

«Василию соперники легко жить не дают. И потому он не может остановиться. Ни в тренировках, ни на соревнованиях – в непосредственной атаке на рекорд», – так в беседе со мной ото­звался об Алексееве впоследствии один из тренеров сборной команды страны, а тогда, в семьдесят четвертом году, член научной бригады, занимавшейся проблемами тяжелой атлетики, Юрий Сандалов. И в подтверждение начал перечислять: «Манг, Жаботинский, Батищев, Бонк.... В последующие годы их сменят Плачков, Хойзер …»

Три поколения соперников было бы у Алексеева. Очередной удар нанес им на Олимпиаде-76. Перед Монреалем Алексеева как единственного претендента на победу не считали, но досужие вымыслы-прогнозы специалистов и спортивных журналистов Василия особенно не трогали. Он уже привык принимать на себя «копья». Вспомним: в семьдесят пятом, перед чемпионатом мира в Москве, Василия тоже «похоронили». А он доказал: если на помост выходит Алексеев, соперников не существует. В него традиционно «не верили». В шестьдесят восьмом, олимпийском, году на чемпионате Советского Союза уступил лишь Жаботинскому и Батищеву, причем набрал гроссмейстерскую сумму – пятьсот килограммов, постучался в олимпийскую команду страны, а еще через два месяца из сборной его отчислили: на тренировке Василий «сломал» поясницу, она не давала ему покоя полтора года. Все это время лечил травму, придумал специальный комплекс упражнений. Тогда в Алексеева верили единицы. А он – назло скептикам – официально заявил: «Вот наступит восемнадцатое марта семидесятого года, и в Минске, на «Призе дружбы», открою клуб шестисотников!» И ведь открыл! В Минске в назначенный день и час покорил шестьсот килограммов в троеборье.

И вот – Монреаль. Только что одержана вторая олимпийская победа. Рязанские связисты приложили немало стараний, чтобы обеспечить телефонный разговор с Монреалем. В трубке слышится глуховатый бас богатыря. Настроение у Василия Ивановича прекрасное, он охотно дал интервью:

– Стоит вспомнить о прогнозах, которые давали специалисты, рисуя сюжет олимпийской «железной игры». Большинство из них сходилось во мнении, что шансы получить «золото» у болгарина Христо Плачкова, Герда Бонка из ГДР и у меня равны. Впрочем, иные уверяли, что молодой Плачков, имевший фантастический результат в рывке, еще успеет поработать над толчком, и мне вряд ли удастся настичь болгарина. На олимпийский успех Бонка «работали» установление рекорда мира в толчке и, самое главное, отличное выступление на последнем чемпионате Европы. Я отправился в Монреаль, не имея «авторства» ни на одно мировое достижение. Многие считали: у меня остался единственный козырь – богатый опыт выступлений на крупнейших соревнованиях, и успеха я могу добиться лишь за счет тактики. Тактика, разумеется, немаловажное условие успеха. Но соперники переусердствовали в тренировках, пик формы у них прошел. И мне не довелось использовать тактику в качестве грозного оружия. Плачков вообще отказался от выступления: по словам болгарских тренеров, он заболел. Оказалось, штангист потерял в весе десять килограммов и, выйдя на помост, вряд ли показал бы результаты, близкие к своим высшим достижениям. Что касается Бонка, то он проиграл мне в дебюте. Когда в третьей попытке не вырвал сто семьдесят два с половиной килограмма, стало ясно, что он – не соперник.

Я всегда говорил: подниму столько, сколько нужно для победы. Жаль, что этого делать не пришлось: «подвели» соперники. Они словно забыли об одной из главных аксиом «железной игры» (как, впрочем, и любого другого вида спорта) – тренироваться в условиях, приближенных к соревновательным. Я, например, задолго до отъезда в Канаду жил по монреальскому времени и всегда, тренируясь или выступая в соревнованиях, старался «внушить» себе и «окружить» себя монреальской обстановкой. Скажем, тренироваться ночью не каждому атлету под силу, а я смог...

Бытует мнение: в плане интеллекта спортсмены-профессионалы, особенно высочайшего класса, не блещут. Блеф! В домашней библиотеке Алексеева – около двенадцати тысяч томов. Он собрал почти всю серию ЖЗЛ и с огромным удовольствием ее «перелопатил». Гоголя любил перечитывать, Шолохова, Льва Толстого. Множество стихов помнил наизусть. И сам писал. Но никогда их не декламировал, вообще никому не показывал. Даже жене, причем, шутил: «Я и без стихов за полвека ей надоел».

После двух олимпийских побед – в Мюнхене и Монреале, множества «золотых» выступлений на чемпионатах планеты и европейского континента обладателя восьмидесяти мировых рекордов ждало глубокое разочарование. Дома, в Москве, на Олимпиаде-80 Василий Алексеев в рывке не зафиксировал начальный вес, получил баранку… Между прочим, он глубоко был убежден: перед выходом на помост его отравили, свои же. К слову, выступал он уже не за Рязань, а за Ростовскую область.

Вместе с «эпохой Алексеева» сошла на нет и тяжелая атлетика – прежде по популярности мало уступавшая таким видам спорта, как футбол или хоккей с шайбой, штанга померкла в глазах болельщиков. Лишившись своего лидера – капитана Василия Алексеева, сборная команда СССР стала уступать основным соперникам. И тогда решили обратиться за помощью к самому сильному человеку планеты. Василий Алексеев согласился возглавить прежде звездную дружину – уже в роли главного наставника. И дела моментально пошли в гору – были возвращены победные советские традиции. За два с половиной года команда под руководством нашего земляка первенствовала на трех чемпионатах Европы, выиграла два чемпионата мира и Олимпиаду 1992 года в командном зачете.

Увы, с распадом СССР была, естественно, упразднена и должность главного тренера. Наставником сборной России стал другой человек. Мы ждали и ждали от россиян побед, а они на нашей «улице», к сожалению, случались очень редко. Мечталось: может, вернется к любимому делу Василий Алексеев? Но его об этом уже не просили…

Алексеев с семьей покинул Рязань. Была такая история: он хотел выкупить построенный для него (в первую очередь, для тренировок) дом. Местные власти не разрешили, выдали семье ордер только на сорок два квадратных метра в этом, по документам, реабилитационно-восстановительном центре. К тому же в горисполкоме ему сообщили: если что-то с ним случится, семью в любой момент оттуда выселят. И тогда чемпион вернулся в Шахты…

В год 75-летия самого сильного человека в мире в ближайшую субботу на малой родине великого патриота и спортсмена, в Милославском, будет открыт памятник Василию Ивановичу Алексееву. Добрая память о земляке не меркнет…

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 3 (5290) от 12 января 2017 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
Доходная земля
В регионе расширяется география инвестиций в сельское хозяйство
Юрий Евстифеев
Читайте в этом номере: