20:38 МСК
Среда
01 / 04 / 2020
471

Лес Василия Ивановича

День серенький, моросит мелкий, еле видимый дождик, сгустившаяся пелена осенней хмари ограничивает видимость. «Может, поездку отложишь?» – отговаривает меня по телефону егерь. Но, зная, что ненастье для бывалых путешественников серьезную помеху не представляет, он не настаивает на отказе от путешествия по осеннему лесу, а советует, чтобы я захватил плащ и резиновые сапоги.

Село Веретье находится в восьмидесяти километрах от Рязани. Полтора часа езды, и я у дома егеря Василия Ивановича Фомина. В ожидании гостя он стоит на крыльце, накрывшись капюшоном плаща. Поглядев на разверзнутые небеса и покачав головой, он будто бы в утешенье сказывает, что дождик хиленький и бояться его не стоит. Согласившись показать свой лес, Василий Иванович счел нужным путешествие совместить с работой. Дело в том, что в его обязанности входит подкормка животных, осуществляемая два раза в неделю, – сегодня как раз такой день. Лесные постояльцы подношения ожидают с нетерпением, и разочаровывать их ему не хотелось бы.

Перебираюсь из своей «Нивы» в егерский грузовик, и мы первым делом отправляемся в соседнее село Бельское за зерном, хранящимся там в местном ангаре, и, загрузившись, едем в лес наполнять кормушки. Их у егеря пять. Они устроены в местах, позволяющих подъезжать машине с прицепом. Обычно для подкормки животных предлагаются зерна ячменя, пшеницы и кукурузы. Но и картофель, а также семена подсолнуха посетителями кормушек тоже уважаются. Зная о предпочтениях тех или иных животных, егерь время от времени угощения меняет. Частыми едоками бывают кабаны и косули. Однако зайцы, лисы, еноты, а из птиц – сойки, глухари, дятлы и синицы у кормушек тоже появляются. Конечно, лисицу соблазняет не зерно, к которому она равнодушна, а льнущие к кормушке мыши и полевки. Эти грызуны являются для нее основной пищей. Охотно закусит и потерявшими бдительность зайчиками или птицами. Кстати, зайцев, как, впрочем, и енотов, содержимое кормушек тоже не прельщает, их интересуют исключительно солонцы. Зная о том, что животные испытывают потребность в соли, егерь в сторонке от кормушки оставляет спрессованные, напоминающие лед куски. Раньше, когда лошади служили основной транспортной силой и их было много, нуждающиеся в соли зайцы выходили на проселочные дороги погрызть желтоватый ледок замерзшей конской мочи. Теперь, в отсутствие лошадей, эти животные умеют находить в лесах предложенные им солонцы. Полизать соль приходят и вегетарианцы лоси.

Тихо. Изморось не унимается, по окошкам струится влага. На лобовом стекле машины мельтешат «дворники». Многочисленные ямы и колдобины, оставленные в грязевых лужах тяжелыми лесовозами, скорость ограничивают, приходится то и дело притормаживать и нырять в понижения, откуда выбираешься вприпрыжку. И все же такая «акробатическая» езда путешествие по здешнему лесу не омрачает. Тут кругом пышущие зеленью величественные сосны, всюду опушенные золотом осени березы, кричащие яркой желтизной клены, царственные дубы, а в понижениях высятся статные ольхи, смотреть – одно удовольствие.

Вот и первая встреча: в хмари осеннего утра замечаем, как с дороги тяжело взлетает глухарка. «А вон еще одна!» – показывает егерь на мшистый бугорок, белеющий на обочине дороги. Там, подняв голову, замерла в нерешительности другая птица. Понять ее можно: в наследственной памяти глухарки автомобиль с опасностью не ассоциируется, и нужно ли этого железного монстра бояться, она не знает. Однако стоило просунуть в окошко телеобъектив и щелкнуть затвором фотоаппарата, как птица шумно взлетает и скрывается в серой пелене чащи, оставив мне на память превосходный кадр. Радость вроде бы маленькая, но она вселяет уверенность, что день, несмотря на нудную изморось, будет ладным, складным и непременно счастливым.

А дорога уводит все дальше. То и дело поднимаем с обочины соек. Тут во многих местах дорога петляет по дубравам, где эти бдительные птицы, делая захоронки на «черный день», собирают опавшие желуди, невзирая на погоду. Выражая свое беспокойство при виде машины, они будят сонный лес охрипшими голосами: «Чже-е-е, чже-е-е».

Лес немного расступился, и впереди обозначилась знаменитая река Пра. В серенькой завесе измороси она вырисовывается постепенно, словно отпечаток фотографии, помещенный в ванночку с проявителем. На мосту намечается фигурка рыбака. Блестящий от влаги плащ делает его похожим на призрак. По краю бревенчатого настила у него насторожено с десяток удочек. Делаем остановку.

– Как клев? – интересуется егерь.

– Никудышный! – показывает он ведерко с тремя плотвицами с ладошку. – Мой товарищ на рыбалку махнул рукой и пошел грибы собирать.

– Но ведь октябрь на дворе! Какие сейчас грибы?

– Да вот, – показывает он другое ведерко с десятком белых крепышей. – В прибрежной дубраве собирал. Вроде бы уже и не время, а грибы еще встречаются. Чудеса! Товарищ с ведром ушел на противоположный берег, а я остался рыбачить. Вернется – поменяемся ролями.

Пожелав ему удачи, мы залезаем в кабину и отправляемся в сторону кордона Старый Кудом. Опять ерзают по стеклу «дворники», и опять сойки оповещают примолкший лес своими тревожными голосами. Но вот егерь притормаживает и показывает на цепочку звериных следов, оставленных на песчаной дороге.

– Кабан прошел! А знаете, что в результате пожаров 2010 года и последующей эпидемии африканской чумы звери эти почти все погибли и долгое время о себе не напоминали. Сейчас их численность понемногу восстанавливается, – радуется егерь встреченному «автографу».

Немного отъехав, он вновь притормаживает и выходит на дорогу посмотреть другой след.

– Только что тут прошел лось, – определяет он, щупая отпечаток на влажном песке. – След четкий, еще не размыт дождем.

Поодаль следопыт обнаруживает отпечаток волка, и лицо его мрачнеет.

– Похоже, серый заинтересовался лосем, – озадаченно смотрит он в сторону чащи, куда направлены следы. – Представляете, хищники эти все чаще стали пасти жертву около дорог. И это не случайно: тут ее обнаружить и настигнуть проще. Разбойничают волки и в местах подкормки животных. Недавно я выследил место их засады и с разрешения районного общества охотников местную стаю разбойников немного уменьшил. Правда, после потери двух переярков волки пакостить меньше не стали, тут нужно ликвидировать вожака. Только тогда стая присмиреет. Но сделать это не так-то просто.

Слушая егеря, мне вспомнилось недавнее сообщение в теленовостях о том, что в лесах Кировской области, где волков много, они тоже стали держаться вблизи деревенских дорог, чтобы поохотиться на кошек и собак. Что удивительно, на этот раз к своим набегам на «мурок» и «тузиков» серые приступили уже в сентябре, чего раньше сроду не бывало. Обычно они напоминали о себе не ранее декабря. А тут – в начале осени. Так в поселке с греховным названием Безбожный серые уже порешили около тридцати собак. Напуганные разбоями визитеров из леса, жители своих питомцев на ночь стали пускать в дом. Получается, теперь там не собаки охраняют хозяев, а хозяева охраняют собак.

– Да, в наше время волки ведут себя хитрее и изобретательнее, – соглашается егерь. – Поживы для них после пожаров 2010 года стало мало, поэтому, чтобы выжить, эти умные звери в коллективной охоте поднаторели так, что диву даешься. Они быстро узнают, где жертва обитает и где проще ее настигнуть. Узнали, что грибник не опасен, а от человека с ружьем надо удирать, усвоили и многое другое, что позволяет стае не только выживать, но и процветать.

Свернув на развилке дороги в сторону кордона, мы вскоре замечаем проявившуюся в ненастье дня поляну с потемневшими от дождя бревенчатыми строениями. Наше прибытие не ускользает от внимания двух лаек. Они встречают нас истошным лаем. Им вторит свора других собак, содержащихся в просторных вольерах, выстроенных рядком на краю поляны с целью разведения чистокровных охотничьих пород. Тут хозяйствует Артур Вячеславович Дубовых. Он тоже егерь, получил звание заслуженного охотника, помимо егерских обязанностей, имеет полномочия охотинспектора. Кстати, такими полномочиями наделен и Василий Иванович. Их совместная непримиримая борьба с браконьерами сделала это охотничье хозяйство образцовым.

К сожалению, хозяина мы не застали, подошедший работник кордона сообщил, что он уехал в город по делам.

Выгрузив часть зерна неподалеку от кордона, мы направляемся в глубь леса к другим кормушкам. Помимо зерен ячменя, смешанного с зернами кукурузы, егерь не забывает положить куски соли. Для невеликих едоков – зайцев, кабанов и косуль – соль оставляется на земле, для лосей – крепится с помощью «замка», вырезанного на спиле дерева. Иначе лесной великан в азарте лизания закатит кусок соли в дождевую лужу, где он растает, или ненароком втопчет в грязь – такой уж этот зверь невежа.

Объехав места подкормки, егерь освободил тележку и с чувством выполненного долга потирал ладони, а я, несмотря на слезливую погоду, сделал много интересных снимков. Значит, можно и в обратную дорогу.

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 184 (5471) от 20 октября 2017 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
Книжная полка
Вероника Шелякина
Пахнет осенью...
Читайте в этом номере: