18:45 МСК
Четверг
06 / 08 / 2020
981

Преданность Каюра

Автор фото: Иван Назаров | Преданность Каюра
Фото автора.

Нет, речь идет не о погонщике собак, запряженных в нарты. Такую кличку дал своему питомцу охотник и мой давний друг Семеныч. Любовью к охотничьим собакам он загорелся еще в юности. Особенно его очаровали лайки. Друг убежден: более умных, выносливых и универсальных собак на зверовой охоте не существует. И хотя из жалости к братьям нашим меньшим он ружье в руки давно не берет, все же смотреть и слушать, как работает его лайка, обожает.

День для середины марта чудесный. Со звонко-синего неба льются потоки солнечного света. Отражаясь от снежной белизны, они слепят глаза, и на сверкающую от яркого света природу мы смотрим сквозь затемненные стекла очков. Впереди по примятой снегоходами тропинке семенит Каюр. Он так сильно тянет поводок, что Семеныч еле сдерживает его. После ночлега в вольере ему не терпится ощутить свободу – побегать и поваляться в снегу.

Прогуливаясь по залитому светом заснеженному лугу, мы вскоре приблизились к Оке. Тут отпущенный с поводка кобель, что есть духу бросается в прибрежный лесок, вздымая при этом фонтаны снежной пыли. Устремляется туда неспроста. По рассказам друга, там он частенько находил и облаивал куниц. А однажды поднял лису, дремавшую под валежиной. Убегая от заливающегося лаем преследователя, она опрометью кинулась к норе, чтобы, уединившись, спасти свою пышную шубу. И это рыжей беглянке удалось. Но на этот раз Каюр голоса не подает, в лесу властвует тишина.

– Может, отыскал какой-нибудь свежий след, и он увлек его на речку? – обращаюсь я со своим предположением к другу.

– Вполне возможно. Но там опасная полынья. В азарте охоты может туда угодить.

– Каюр! Каюр! Вот, вот! – громко кричит он, призывая кобеля вернуться.

Услышав хозяина, четвероногий следопыт, обогнув заметенный снегом кустарник, выбегает на опушку...

Каюр – кличка для собаки необычная. Друг говорит, что она отражает сибирский нрав животного. Дело в том, что родители Каюра – чистокровные западносибирские лайки. Собаки этой породы отличаются врожденными уникальными качествами, отвечающими всем требованиям охоты на лесную дичь. Чара (кличка матери Каюра) была на редкость смышленой, смелой и преданной, имела множество наград, завоеванных на конкурсе охотничьих собак. Особую радость хозяин испытывал, когда его питомцы – мать и сын – работали вместе. В совместных охотах верховодила исключительно Чара, а Каюр играл роль помощника. Подняв с лежки зверя, они немедленно бросались в погоню, оповещая хозяина лаем. Отменное чутье лаек позволяет «пеленговать» и тех, кто скрывается в кронах деревьев и даже в дуплах. Стоило им учуять белку или куницу, как они останавливали свой бег и принимались прятавшегося на дереве зверька облаивать. А на охотничьих притравах эта пара бесстрашно набрасывалась на кабанов, и, что очень важно, во избежание телесных травм собаки умело подстраховывали друг друга. Два смышленых и сильных зверя хорошо понимали друг друга, знали, что от них требуется, а главное, сколько бы ни блуждали по лесу, помнили, где их дом, и всегда к нему возвращались. Эта присущая лайкам способность хорошо ориентироваться в любой местности несказанно радовала хозяина. О таких умных и отважных собаках многие охотники только мечтают. Поэтому весть о породистых и работающих лайках Семеныча быстро распространилась среди охотников-собаководов. К нему стали поступать предложения о продаже и сулили немалые деньги. Но есть в жизни вещи, которые измерить деньгами невозможно. Это любовь и преданность. Собаки больше любых существ на земле заслужили нашу любовь. Зная, какую радость доставляет общение с этими животными, и с какой преданностью они служат, владелец лаек все предложения безоговорочно отклонял.

Но жизнь – такая штука, что не всегда сулит благодать. Расставания со своими четвероногими друзьями ему все же избежать не удалось. Сначала от онкологического заболевания ушла из жизни Чара. Это для друга стало таким ударом, что он не находил себе места. А тут еще и зрение резко ослабло, требовалась срочная операция. Встал вопрос: куда девать Каюра? Можно, конечно, на время приютить его у друзей. Но кто согласится? Это ж не ежик, а резвый и до крайности непоседливый кобель. После долгих раздумий и размышлений было решено отдать его знакомому охотнику Александру, проживающему в лесной деревушке Сасовского района. Такой подарок был принят с огромной радостью. Но в тот же день стало ясно: разлука с родным человеком будет крайне тяжелой для собаки. Вряд ли он понимал, что его заточение в вольере временное, пока не привыкнет к новому хозяину. Отказываясь от пищи и воды, тоскующий по прежней жизни пленник истошно скулил. Переживал разлуку и бывший хозяин. Позвонив в деревню и узнав, что кобель объявил голодовку, а его завывание не прекращается ни днем, ни ночью, он сильно переживал. «Ничего, свыкнется!» – успокаивал его Александр. Но время шло. Кобель по-прежнему не притрагивался к пище и все время скулил. Он отощал, сник, ослаб голосом и казалось, потерял интерес к жизни. От вынужденной разлуки со своей верной собакой страдал и мой друг. «Нет, такое вынести невозможно! – упрекал он себя за неосмотрительный и до крайности досадный поступок. – Все, хватит! Поеду и заберу назад!»

Наверное, преувеличением будет сказать, что собаки могут почуять хозяина, даже если он подъезжает на машине. Может, узнают по звуку мотора, а может, по каким-нибудь другим признакам. Это загадка. Но стоило Семенычу свернуть с большака и взять курс на деревню, как Каюр от радости так оживился и запрыгал, что Александр сразу догадался: едет! И надо было видеть, сколько радости выплеснули наружу после разлуки встретившиеся собака и человек. Каюр от волнения прыгал как заведенный и при этом не переставал лизать руки. А хозяин, растроганный его вниманием, от нахлынувших чувств не мог сдержать слез.

...Мы сидим на береговом склоне реки, примостившись на сваленной бобрами иве. Солнце уже пригревает так, что впору загорать. Вернувшийся из леса Каюр как подкошенный валится на снег и принимается перекатываться с боку на бок.

– Спину что ли решил почесать? – обращаюсь я к другу.

– Весну почуял! Видишь, как блаженствует, – уточняет он, не отводя радостного взгляда от собаки.

После вынужденного полуторамесячного отсутствия в родных краях Каюр стал исследовать лес с невиданным азартом, будто заново открывать этот мир, радуя хозяина тем, что все врожденные и приобретенные качества матери он унаследовал и владеет ими прекрасно.

Да и Семеныч заметно преобразился: приосанился, повеселел и, кажется, даже помолодел. И это несмотря на то, что годы обязывают житейские обороты сбавить. Но ведь с Каюром сложа руки не посидишь. Кроме кормления и заботы о здоровье питомца требуется и надлежащий выгул. И это не прозаические блуждания возле дома, лайке необходимо как можно чаще бывать в лесу. Без общения с лесом это своенравное животное тоскует и увядает, в лучшем случае, утратив азарт охотника, станет банальной дворнягой. Благо, у моего друга имеется загородное жилье. Там для содержания Каюра есть все условия: просторный вольер с конурой, Ока – рядом, лес – в десяти минутах езды. Но чаще Каюр бывает в приречном лесочке, из которого только что вернулся. От дома до него – рукой подать.

Вернувшись с прогулки, я попросил друга сфотографироваться с Каюром на дворовой скамеечке, посадив его рядом. Однако кобель, словно понимая, как будет лучше, запрыгнул на тесовый столик, и вальяжно развалившись, стал нежиться на солнышке. Трудно сказать, какие думы теперь его одолевают. Но в том, что он счастлив и по-прежнему радуется жизни вместе с дорогим ему человеком, сомнений нет.

Статья опубликована в газете Рязанские ведомости в номере 46 (5556) от 30 марта 2018 года
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте, чтобы быть в курсе всех важных событий.
Турнирная хроника
Весны желаю!
Фото Елены Кореневой и Владимира Проказникова
Читайте в этом номере: