Разные лица языка


40

№12 (5917) от 19 февраля 2021

Чистоту речи в российских соцсетях проконтролируют законодательно. А в каком состоянии вообще находится русский язык сегодня?

С 1 февраля вступил в силу закон, в соответствии с которым ненормативная лексика (нецензурная брань) в социальных сетях запрещена. Ее положено удалять, а пользователей, которые этим грешат, будут блокировать.

Инициатива, конечно, полезная, поскольку интернет проник во все сферы жизни, а люди настолько освоились с общением через «всемирную паутину», что начали воспринимать ее просто как воздух, который можно сотрясать любыми выражениями, и за них, кстати, практически никогда не бывает ответственности. Оскорбления остаются заочными или вообще анонимными. Однако современный ритм жизни, обилие информации и новые способы коммуникации резко меняют методы пользования языком как таковым. Появляется большое количество субкультур и социальных групп, которые говорят на «своем варианте русского» или даже совсем не русского языка. Литературный, правильный вариант «великого и могучего» они продолжают понимать, но уже с трудом.
Вот оцените пример отрывка из рассказа одной старшеклассницы о том, как она провела время с друзьями: «Отвисали, чилили после контра на изи, рофлили своих крашей, тут заагренная ребзя, чисто токсики деснулись, утили натурале. Стали нас шеппирить на хейте, такой зашквар. Испанский стыд. От траблов вольнули». А перевод на язык, который практикуется в нашей газете, будет таким: «Мы отдыхали после контрольной, которую удалось написать легко. Обсуждали своих кумиров. Внезапно появились неопрятные ребята, производящие неприятное впечатление. Они попытались с нами познакомиться в достаточно бестактной форме, что вывело нас из себя. Нам стало стыдно за всю ситуацию, и, чтобы не было неприятностей, мы быстро ушли».
Можно ли назвать современность новой эпохой, началом кардинальных языковых изменений, разделения языка на несколько групп, или же это только поветрие, которое пройдет так же, как исчез без следа сленг стиляг 50-х? Об этом мы беседуем с кандидатом филологических наук, доцентом кафедры русского языка и методики его преподавания РГУ имени С.А. Есенина Еленой Корчагиной.

Р.В. – Насколько, на ваш взгляд, современный разговорный язык, особенно в молодежной среде и у школьников, отошел от литературных и словарных норм?

Е.К. – Здесь нужно более четко определить понятия, ведь литературный русский язык состоит из двух пластов – книжного языка и разговорной речи. Книжный язык – это строго кодифицированная речь, которая применяется во всех официальных сферах. Основное свойство любого высказывания на таком виде языка – подготовленность. В противоположность этому в разговорной речи просто невозможно говорить безупречными фразами, ведь желание что-то сказать происходит спонтанно, возникает потребность передать информацию быстрее, отсюда упрощения, некоторое нарушение речевых норм при том, что смысл сказанного собеседники прекрасно понимают. В такой речи невозможны сложные конструкции, а мысли выражаются отрывистыми фразами с не всегда правильным порядком слов. Особенность русского языка еще и в том, что в нем есть вариант непринужденного общения тех, кто хорошо владеет литературным «стержнем», и другой вариант – просторечный, где много слов с грубой окраской, выражающих сильные эмоции, где часто нарушается литературная норма. Кто к чему стремится, тот так и говорит.
Другое дело, что в последние 30 лет мы наблюдаем быструю жаргонизацию просторечия. И сейчас это проблема всех языков: и западных, и восточных. О ней писали французские исследователи еще в 70-е годы. Даже появился термин «интержаргон». В него проникает много заимствований из английского. И на это уже влияет то информационное поле, в котором мы сейчас живем. В первую очередь это касается молодежи, которая в интернет и «цифровое» общение погружена практически полностью. На практике это видно и по студентам-первокурсникам.
Общение в социальных сетях ведет к тому, что молодые люди нередко даже не умеют верно и быстро формулировать свои мысли, находятся под воздействием «телеграфного» метода общения в соцсетях, подбирают слова небрежно, оставляют между ними незаполненные паузы. Фразы выстраиваются самые простые. Бывает и отсутствие связей между словами, нет грамматики, выбор падежей произволен и прочее. При переписке не через компьютер, а через смартфон ситуация ухудшается, поскольку там при наборе текста «выскакивают» нужные слова, на которые надо просто нажать. Нагрузка на мозг еще снижается. Большую тревогу у меня вызывает падение письменной культуры. Молодежь стала путать твердый и мягкий знаки, глаголы на – тся и – ться, предлоги и приставки, игнорируются знаки препинания. А самое главное, в последние лет десять-пятнадцать у многих представителей молодежи стало нарушаться интуитивное понимание правильного порядка слов в предложении. Это видно, например, при проверке сочинений ЕГЭ. Отдельно надо упомянуть «смайлики» в интернет-общении, ведь это уже иероглифический способ самовыражения. Часто школьники и первокурсники, не имея возможность словами сформулировать высказывание, просто ищут подходящую картинку, которая отражает их мысль, и отсылают ее собеседнику.

Р.В. – Ситуация безвыходная, или есть надежда на сохранение классического языка в будущем?

Е.К. – Так или иначе, дети читают литературу, как минимум по школьной программе, общаются с учителями, и литературным языком они, в принципе, владеют, только не считают нужным им пользоваться. В некоторой степени это явление даже можно назвать полезным для отработки навыков изучения иностранных языков. Ведь ребенок с детства приучается помнить как минимум две разных лексических системы для описания одной и той же ситуации. То есть говорить на двух языках, том, который для друзей, и том, который для взрослых.

Р.В. – Есть поговорка, что будущее общества отражается в современной молодежи. Не присутствуем ли мы сейчас при «репетиции» фазового перехода с классического языка на некий «новояз» до такой степени, что лет через 30-40 перед тем, как почитать Чехова, к примеру, придется отдельно учить язык классика?

Е.К. – Жаргонизация языка, на мой взгляд, все-таки явление временное, поскольку молодежи традиционно хочется себя в чем-то проявить. А это практически невозможно, поскольку те, кто только входит в самостоятельную жизнь, не обладают ни опытом, ни интеллектуальным багажом зрелых людей. И язык становится чуть ли не единственной формой, где подростки и молодежь могут что-то сделать. Есть правило, которое гласит: «Сменяется поколение – сменяется сленг». Взрослея, молодежь вынуждена социализироваться, выходить на работу, строить карьеру, то есть встраиваться в систему, которая была создана до них и где принято общаться на языке, предельно приближенном к литературному. Особенно если сфера деятельности связана с медициной, педагогикой, госслужбой или бизнесом. И опять это подтверждается моей практикой работы со студентами. О первокурсниках я уже рассказала, но студенты старших курсов уверенно пользуются всем богатством русского литературного языка, которое позволяет выразить любую мысль не только точно, но и изящно, с определенным окрасом и настроением. И не только в общении с преподавателями, но и друг с другом. Только такой язык, благодаря сложной грамматике и богатейшему лексическому фонду, дает возможность мыслить отвлеченными понятиями на высоком уровне, выражать любой оттенок чувства.

Р.В. – Те, кто успешно учится на факультете русского языка и литературы, находятся вне зоны риска потерять навык общаться на «великом и могучем». Но как быть со всей остальной молодежью, которая далека от чтения классики и интуитивного впитывания правил высокого стиля речи?

Е.К. – В последнее время наметился интересный процесс. Среди подростков возникла мода на то, чтобы в противовес большинству говорить на русском литературном языке красивыми, сложными фразами. Это положительный момент. Модные тенденции очень сильно влияют на молодежь, быстро распространяются. Если так пойдет и дальше, то маятник языковой культуры качнется в сторону, противоположную жаргону, и речь снова вернется к классическим нормам, которые просто лучше позволяют выражать себя. Конечно, это невозможно без дополнительной целенаправленной работы со стороны и школ, и средств массовой информации. Таким образом, формируется естественный патриотизм, потому что, если ты любишь сложность и богатство родного языка, такое же отношение возникает и к своей Родине.

Михаил Скрипников