Разработчики будущего


104

В Рязани готовят профессиональных физиков для высокотехнологичного производства
с творческим началом

На кафедре общей и теоретической физики РГУ идет подготовка профессионалов разного профиля. Главная ее составляющая – фундаментальное физическое образование, которое позволяет заниматься созданием новых технологий. Более подробно о том, как не инженеры, а именно физики интегрируются в экономику и становятся авторами отечественных технологий, подчас очень оригинальных, мы беседуем с профессором кафедры Евгением Николаевичем Моосом.

Р.В. – Какие направления подготовки может предложить кафедра молодежи, которая интересуется точными науками?

Е.М. – Публике часто представляется, что региональные вузы, которые находятся за пределами Москвы, Петербурга, являются заведениями второго плана. Но это не так. Должен сказать, что в нашем университете имеется масса исследовательских направлений, которые имеют значение как фундаментальное, так и практическое. Начнем с того, что наш профессор Владимир Анатольевич Степанов признан лучшим профессором России в 2018 году. Он руководит аспирантами, которые выполняют работу по самым современным направлениям. В частности, аспирант нашей кафедры Максим Шадрин был признан лучшим молодым предпринимателем России в прошлом году. В итоге Рязань регулярно фигурирует в сводках больших событий в мире отечественной науки. Разработки Шадрина касаются направления реинжиниринга. Его сейчас активно начинают применять во всем мире. Технология его базируется на том, что сложные объекты облучаются лазером и создается электронная модель объекта в памяти компьютера. После этого объект может быть воспроизведен на любом обрабатывающем агрегате, в том числе и на 3D-принтере. Это очень интересное направление, и на базе такой технологии у нас возникли продуктивные контакты с московскими исследовательскими организациями. В частности, ведется разработка лазеров для точного сканирования морского дна.
Второе направление, которое развивается на кафедре под руководством профессора Николая Коненкова, – это создание квадропольных систем. Суть технологии сводится к тому, что существуют особые электрические поля, которые позволяют разделять атомные частицы по разновидностям. В первую очередь это касается элементов таблицы Менделеева. На этой основе сов-местно с Российским ядерным университетом (МИФИ) стала разрабатываться идея квантового компьютера оригинальной архитектуры. Буквально недавно корпорация Google показала свой вариант действующего квантового компьютера, который позволяет производить операции и вычисления в тысячи раз быстрее, чем обычные процессоры. Но можно реализовать принцип квантовых вычислений и на другой основе, поскольку фундаментальная наука способна вырабатывать разные пути прикладного применения физических явлений.
Квадропольный же анализ позволяет создавать сверх-чувствительные датчики, которые способны обнаруживать особо малые концентрации веществ в смесях. Чувствительность позволяет распознать один атом конкретного элемента на миллиард атомов других элементов. Это очень важно для современной микро- и наноэлектроники. Больше подобной темой, кроме нас, никто в России не занимается.

Р.В. – Какие связи с производственными площадками имеет кафедра и где студенты проходят практику?

Е.М. – В Рязани есть сразу несколько предприятий, которые плотно занимаются высокими технологиями и сотрудничают с международными исследовательскими организациями. Это обеспечивает прямой выход на рынки сбыта, что влияет на уровень работы, требования к научным консультантам и перспективу работы для студентов выпускных курсов. В числе площадок, с которыми мы сотрудничаем, можно назвать предприятие «Вакуумные технологии», где очень широко применяются почти все эффекты физики разряда в плазме. Мы регулярно даем им рекомендации по совершенствованию конструкций и технических процессов производства.
Многие предприятия, которые действуют в регионе, очень просят нас присылать на стажировку и работу студентов, обучающихся по направлению «техническая физика». Наши воспитанники очень легко включаются в работу на производстве.
Недавно мне довелось возглавить международный комитет научной конференции, проходившей в Индии. В ходе и ее мы обозначили возможность сотрудничества нашего университета с индийскими исследовательскими центрами. Они очень заинтересованы в программе создания искусственного интеллекта. Здесь как раз-таки нельзя обойтись без квантовой составляющей вычислительного «железа», а подобные разработки в Рязани ведет фирма «Шибболет», расположенная на территории бывшего электролампового завода. Но мозговой центр ее разработок здесь, у нас на кафедре. Широко сотрудничаем с НПО «Плазма». Уровень зарплат студентов, которые уходят на все эти предприятия, очень хороший, их ценят.
Еще одно направление подготовки – производство сверхчистых материалов. Такие процессы немыслимы без современного подхода к созданию приборов масс-спектрометрии, которые у нас разрабатываются и обладают исключительной чувствительностью. Востребованность специалистов по таким системам сейчас во всем мире огромна, поскольку активно развивается электроника, плотность процессорных и иных схем увеличивается, и это предъявляет повышенные требования к материалам, из которых они изготовлены. Кроме того, идет борьба за постоянное удешевление производственных процессов. Для физиков с хорошим уровнем подготовки работы очень много.

Р.В. – Как вы оцениваете общий потенциал молодежи, которая поступает на физмат и, в частности, проходит обучение у вас на кафедре?

Е.М. – С молодежью сложная комплексная проблема, связанная в первую очередь с демографической ситуацией. Стипендиальный фонд у нас также мал. В Бельгии, к примеру, студенты выпускных курсов получают, в переводе на наши деньги, порядка 100 тыс. рублей в месяц. Это без учета подработок, только чистая поддержка. Кроме того, на Западе есть та же самая проблема, что и у нас, – сверхпопулярность профессий экономистов, юристов и управленцев. Но решается она по-другому, на мой взгляд, более объективно. Там устраивают дополнительный тестирующий экзамен. Это метод фильтрации колоссального потока абитуриентов на эти направления подготовки, чтобы не набирать туда большого числа студентов и не создавать дисбаланса. А с точными науками все наоборот. Всех желающих, вчерашних школьников, которые хотят стать физиками, химиками, математиками, принимают практически без экзаменов, и только потом по объективным причинам может производиться отсев.
А у нас подобный дисбаланс продолжает существовать. Его поддерживают высокие зарплаты в сфере юриспруденции, где самый рядовой работник за сопровождение стандартной сделки с недвижимостью, к примеру, может получить больше, чем профессор за месяц. Наши студенты часто вынуждены искать сторонние подработки. Многие занимаются «сторожевой» деятельностью, которая очень развита сейчас. Это молодых людей смущает. К тому же есть момент целеполагания, когда молодежь выбирает сиюминутный заработок в ущерб качественной и углубленной подготовке. Начинающие физики еще не в состоянии понять, что, получая дополнительную тысячу сейчас, они теряют огромные деньги в будущем. Как решать этот вопрос, я не знаю. Это вне компетенции университетских профессоров. Но есть надежда, что федеральное правительство, которое на наших глазах сформировано, займется поддержкой студентов технических направлений всерьез и эффективно. Тем более что ставится задача заботы о демографии, то есть о молодежи и о развитии страны через технологии и свежие идеи.

Михаил Скрипников
Фото Михаила Скрипникова