Где бы ни работал этот журналист, его всегда отличали новаторские подходы к своему делу. Речь о Владимире Панкове

Одного знаменитого журналиста на мастер-классе спросили, что бы он пожелал коллегам. Журналист ответил кратко: «Желаю, чтобы вам повезло с главным редактором».

Коллективу молодежной газеты «Рязанский комсомолец» в конце 70-х годов прошлого века действительно повезло: редакцию возглавил лидер и крепкий профессионал Владимир Александрович Панков. При нем «Рязанский комсомолец» словно воспрянул духом и стал живее, интереснее. И читателей заметно прибавилось. Рязанская областная молодежная газета была признана одной из лучших в СССР и заняла в 1977 году второе место во всесоюзном конкурсе. В редакции сложился замечательный коллектив – Наталья Золотых, Владимир Гусев, Александр Романов, Владимир Захаров, Владимир Башков, Вячеслав Чирков, Александр Нефедов, Сергей Донской, Ирина Челиканова, Оксана Гоенко, Ирина Воронцова, Александр Потапов, Нина Лисина, Наталья Крапивина, Станислав Пастушенко, Юрий Жуков…
Молодые красивые лица в альбоме. Этот альбом Владимир Панков хранит до сих пор. С его перелистывания мы и начали разговор. Владимир Александрович принимал меня в своей московской квартире, в комнате, похожей на рабочий кабинет, – в свои 75 лет он продолжает заниматься различными проектами и, конечно, активно писать – в основном художественные произведения. Ведет сайт в интернете, объединяющий любителей чайной культуры, экологии, этнографии по всему миру. Монтирует видеофильмы. Сочиняет сказки для взрослых – ждет выхода его книжка «Мир в голове. Впечатляющие истории человека из чайника». Ну а рязанский читатель помнит Владимира Панкова не только по ярким публикациям в областных и федеральных газетах. Его книга «Иду Мещерой» об истории, людях и природе рязанского края стала настоящим шедевром очерковой журналистики и краеведческой литературы, где публицистика и образная подача материала рождают особый эффект повествования. Увы, книжку не достать даже на букинистических интернет-ресурсах. Но есть надежда на ее скорое переиздание.
Но вот страницы альбома перелистаны, и у нас завязывается разговор о рязанских СМИ той поры, о значении прессы в сегодняшних непростых реалиях. Интересует меня и то, как паренек, не помышлявший в детстве о журналистике, вдруг стал тем самым Панковым, о котором любят вспоминать сегодняшние корифеи рязанских СМИ, и нередко в таких беседах от них можно услышать: «Вот при Панкове …»

В.П. – Действительно, о журналистике в детстве я и не думал. Семья – медицинские работники, отец после войны долгое время служил в Средней Азии военным врачом, и моим увлечением была биология – мог часами рассматривать атласы по физиологии человека или наблюдать через микроскоп жизнь всякой мелочи в капле, взятой из лужи. В Рязань наша семья переехала к родственникам, когда мне исполнилось лет шесть. Став постарше, готовился к поступлению в мединститут – семейная традиция. Но однажды (так это всегда бывает) на улице меня остановила знакомая журналистка «Рязанского комсомольца». Узнав о моей поездке в оздоровительный лагерь, попросила написать о детском отдыхе заметку. Особого труда мне это не составило, и вскоре я с трепетом раскрыл газету, где за подписью В. Панкова стоял материал «Васины рекорды». До сих пор храню эту газету. И кто бы мог подумать, что спустя всего 13 лет я буду подписывать номер этой самой газеты в печать уже в должности редактора.

– Это был 1978 год. Страной руководил Брежнев, а областью – первый секретарь обкома партии Николай Семенович Приезжев. На экраны кинотеатров выходит фильм Марка Захарова «Обыкновенное чудо». Оставался год до входа советских войск в Афганистан. Газеты «Приокская правда» и «Рязанский комсомолец» переезжают в новое здание Дома печати на улице Горького. А вы прощаетесь с радиокомитетом и свою дальнейшую журналистскую судьбу уже связываете с печатными изданиями.

В.П. – Да, своей alma mater я считаю все-таки радио. В радиокомитет – он тогда располагался на улице Ленина – меня затащил приятель, и я сразу почувствовал, что это мое. Дело в том, что меня увлекала даже больше не журналистика (о ней тогда я ничего не знал), но техника. Отец служил врачом на аэродроме в Турлатово, и я при всякой удобной возможности залезал в кабины самолетов, рассматривал приборы, копался на свалке старых машин. Может быть, радиостудия мне чем-то напоминала кабину пилота. Сразу же захотелось освоить все эти микшерские пульты, микрофоны, разобраться в самом механизме радиотрансляции. Ни в какой медицинский я, естественно, не пошел, а поступил на литфак пединститута (на журфак тогда брали только со стажем работы или после армии). После окончания вуза (а я тогда, будучи студентом, уже много чего написал и наговорил в эфире) приняли меня на должность младшего редактора отдела писем областного радио. Мой первый учитель – Галина Петровна Чернова. Она тогда заведовала отделом общественно-политических передач. Уже позже от неё я и принял бразды правления отделом. Работал с удовольствием. Старался вникать во все тонкости производственного процесса – монтаж, озвучка, навыки диктора. В общем, по своей привычке – лез во всё. Это потом мне здорово пригодилось в «Рязанском комсомольце», когда я стал редактором. Любой руководитель, на мой взгляд, должен представлять всю технологию производственного процесса. Иначе как ты будешь давать задания, требовать результата? В общем, надо быть в курсе всего…
Впервые в практике областного радио я стал делать передачи, записывая собеседников по телефону. Договорились со станцией ГТС и начали брать интервью у председателей колхозов, секретарей райкомов дистанционно, не выезжая к ним на место. Экономилась уйма времени. Хотелось разнообразить эфиры интересными программами на темы культуры, истории. Возникла идея информационно-публицистических передач в формате радиопостановок. Мы подбирали музыку, приглашали актеров театров. Выпуски посвящали памятным датам и актуальным темам. Начали вести информационную программу «Что, где, когда?» с анонсами предстоящих событий – она сразу же полюбилась радиослушателям. Меня включили в обкомовский пул журналистов – уже тогда была такая практика. Приходилось много ездить с руководством области по заводам и полям, освещать важный официоз, ну и плотно общаться с областным начальством. Не скажу, что это общение было приятным, но точно полезным – я начинал понимать, как там всё устроено. И в дальнейшем мне это очень пригодилось. Обкомовские терпеть не могли людей самостоятельных, открытых, со своим мнением. Но они их боялись потерять – именно эти люди на себе всё и держали… Мне удавалось работать и для души, готовить передачи, как тогда говорили, о простых людях. А их было много, и все интересные, самобытные. Вместе с оператором Валерием Гельштейном мы сделали ряд кинозарисовок о народных промыслах, мастерах Рязанщины. Некоторые фильмы были удостоены наград на всероссийских кинофестивалях.

– Встречи с героями наверняка вам помнятся до сих пор…

В.П. – На интересных людей мне, наверное, везло. Еще когда был студентом и сотрудничал с областным радио, вел рубрику «Мой любимый учитель». Для очередного выпуска передачи требовался учитель физики. Звоню в гороно и слышу: «Во 2-й рязанской школе есть такой учитель Александр Исаевич Солженицын. Можете поговорить с ним». В те годы будущий нобелевский лауреат по литературе еще не был никому известен. Мы поговорили с ним часа полтора, я записал его на «репортер». Мне он показался человеком обычным, хотя и незаурядным. Александр Исаевич был искренне влюблен в свой предмет и считался лучшим учителем физики в Рязани в то время. Мы не обсуждали нюансы преподавания, а говорили в основном об отношении к физике учеников, о том, что трудно она даётся, а предмет во всех смыслах необходимый, современный. Тогда вообще был особый пиетет к физикам. Их противопоставляли лирикам. И споры шли бесконечные, но интересные. Обо всем этом Солженицын рассуждал очень детально и основательно. Второй раз я видел Солженицына мельком в драматичное для него время – автора прогремевшей на всю страну повести «Один день Ивана Денисовича» исключали из Союза писателей России. Собрание проходило в Рязанском отделении Союза, делившего одно здание с радиокомитетом. Я видел, как на лестничную клетку выбегал взвинченный Женя Маркин, в ту пору уже известный поэт, нервно курил. И выходил Александр Исаевич. Он о чем-то говорил с Маркиным. Потом, спустя много лет, я прочитал в воспоминаниях Солженицына о том, что он советовал Маркину не ломать себе судьбу, голосовать за исключение его, Солженицына, из Союза, потому что дело и так решенное. Может быть, это как раз и был тот разговор в курилке. Но свидетелем той беседы во время перерыва я не был. А потом собрание закончилось. Женя Маркин вышел из зала и пошел занимать у нас деньги. Писатели отправились снимать стресс. Спустя много лет, работая в Москве, мы издали о Солженицыне книгу, впервые опубликовав эксклюзивные материалы КГБ о том, как велась слежка за писателем, расшифровки его разговоров. Пробивала она себе дорогу с трудом, но все-таки увидела свет.

– Владимир Александрович, далеко не все наши читатели знают, что в те годы, о которых вы рассказываете, в Рязани было всего три областных средства массовой информации – газеты «Приокская правда», «Рязанский комсомолец» и радио. О телевидении только мечтали.

В.П. – А иметь свое, региональное телевидение нам очень хотелось. Тем более что в соседних областях оно уже создавалось, а Рязань почему-то оставалась в стороне. Первому секретарю обкома партии Приезжеву идея нравилась, но, почувствовав прохладное к ней отношение со стороны московского руководства, он к этой затее охладел. Москва на все наши доводы реагировала одинаково: а зачем? Мол, Рязанская область от столицы недалеко, и в случае необходимости тележурналисты сами к вам приедут. И тогда вместе с председателем радиокомитета Борисом Васильевичем Сильверстовым (кстати, как-то забытом в нашем журналистском кругу, а человек это был незаурядный) мы решили доказать Приезжеву, как это здорово – иметь собственное ТВ. Намечалась областная отчетно-выборная партийная конференция. В зале Дома политпросвещения, где она должна была проходить, мы устроили телестудию по принципу замкнутого вещания. Расставили камеры в зале, а изображение вывели на мониторы. Помог нам в этом деле замечательный человек Геннадий Васильевич Рязанцев, возглавлявший отдел технических средств обучения радиоинститута. Он такое «замкнутое телевидение» в стенах вуза уже к тому времени организовал. И здесь, в Доме политпросвещения, тоже получилось. Когда партийные чиновники, и в первую очередь Николай Приезжев, увидели себя на телеэкранах, их восторгу не было предела. Совсем другой масштаб события, если тебя показывают по ТВ, пусть и ограниченного размерами конференц-зала! А если раздвинуть рамки до территории области? Николай Семенович спешно засобирался в Москву и, видать, привел в высоких кабинетах более убедительные аргументы. Вскоре пришло известие – Москва не возражает. Значит, будет ТВ в Рязани! Мы с Сильверстовым праздновали победу. До начала вещания оставалось еще несколько лет, но строить будущий телецентр начали. Моя дорога, впрочем, сделала крутой поворот в сторону печатного издания. Но сохранилась фотография, где я участвую в стройке здания телерадиокомпании. Я еще не знал, какой взлет и какая катастрофа меня ожидают. И что последует за выходом из больницы. Хвала рязанским хирургам!

Продолжение бесед с Владимиром Александровичем Панковым – в одном из следующих номеров.

Записал Димитрий Соколов
Фото из архива Владимира Панкова