К островам на «Метеоре»


26

Древняя Валаамская обитель красива в любое время года

Валаам. В этом слове слышится что-то далекое, волшебное и сокровенное. И ты не обманываешься в своих ожиданиях, попадая на остров посреди Ладожского озера, где на горе Фавор сияет Спасо-Преображенский монастырь.

К островам Валаамского архипелага легко добраться из Санкт-Петербурга. Два часа по зеркально ровной трассе автобус мчится до городка Приозерск (эти земли именовались в старину Лапландией), потом нужно пересесть на теплоход, он за час доставит путешественников к монастырской пристани. Плавание на быстроходном «Метеоре» по ощущениям сопоставимо с полетом на самолете – равномерное, устойчивое движение вперед, и только брызги волн оседают на стеклах.
В каком году возник монастырь, неизвестно. По меньшей мере десять веков проживают на этих карельских землях, восхищающих своей суровой красотой, отцы-молитвенники. И первыми из них были два греческих инока Сергей и Герман, приплывшие на Валаамский архипелаг просвещать язычников. Их святым мощам можно поклониться в храме.
Основанный в XIV веке монастырь подвергался нападениям шведов и финнов, жизнь в нем то замирала на десятилетия, то возрождалась, пока Петр I не вернул острова Российской империи после разгрома шведов в Северной войне. К Валаамским батюшкам за советом ехали со всех концов страны. Монахи обладали даром прозрения, достигавшегося умной молитвой. Некоторые иноки оставили нам подробные инструкции, как совершенствовать свои ум и сердце. Схимонах Агапий, живший в XIX веке, ключом ко всему считал неотходное внимание ко Господу. Это внимание нельзя в себе воспитать, стяжать с помощью усилия. Оно всегда благодатное и открывается смиренному сердцу.
Как-то по-особенному живо воспринимаешь эти слова, когда гуляешь по монастырскому кладбищу, где вместо надгробий встречаешь маленькие валуны с именами погребенных иноков. При мне один молодой человек в монашеском одеянии улегся под деревом посреди могил и устремил взор к небу. Природа играла осенними красками. Наверное, в такую же дивную осень сюда приехал Петр Ильич Чайковский, переживавший творческий кризис. Уже была написана первая часть симфонии «Зимние грезы», а вторая никак не давалась. Композитор был близок к депрессии, и тогда друг увез его на Валаам. Заманил на пароход, якобы просто чаю выпить в буфете, а корабль тем временем отчалил. Выбежал Чайковский на палубу – а уже поздно. Оставалось только смириться и отпустить все тревоги. Вернувшись домой, Петр Ильич легко написал вторую часть симфонии, посвятив ее Валааму, и дал ей название «Угрюмый край, туманный край». Эту историю очень любят рассказывать экскурсоводы. Они также не забывают показать гостиницу для паломников, где ведется евроремонт, и вскоре туда переселятся все туристы, вынужденные сейчас останавливаться в плавучей гостинице на теплоходе.
Валаам – это целая россыпь островов на Ладожском озере. На них созданы отдельные скиты, живущие замкнуто, вдали от публики. Это территория полного монашеского уединения. Но туристов в монастыре привечают и всегда им рады. Устраивают для них концерт певчих, дающий возможность познакомиться с традицией знаменного церковного пения, древним Валаамским распевом. Кормят вкусным обедом в трапезной. Показывают чудотворные иконы, одна из них – святой праведной Анны, исцеляющей от бесплодия. Предлагают пройтись не спеша по «тропе одинокого монаха» среди узко посаженных сосен. Народ сюда приезжает разный. Девочки в узких джинсах едят мороженое на лавочке и глазеют по сторонам. Женщина пышных форм повалилась на траву и уткнулась в мобильник. Миловидные паломницы в длинных юбках и косыночках приветливо улыбаются, но между ними и всеми остальными туристами словно невидимая завеса, долгих разговоров не получится, ведь они рассеивают внутреннее спокойствие, а оно набожным девушкам дороже всего. Но мы тоже ведь приехали сюда не для того, чтобы подмечать за всеми достоинства и недостатки. Каждый здесь выпадает из шаблонов своей прежней жизни. Понимает, что ее течение определяется внутренним настроем, и то, на чем ты сосредотачиваешь ум, разворачивается проекцией вовне. Но даже если мы ни о чем таком не догадываемся, то все равно необыкновенное наслаждение доставляет нам природа Валаамских островов. Шумят на ветру сосны, покрывающие гранитные скалы, мягко омывают валуны холодные воды Ладоги, а под крики чаек можно задремать в уютной беседке с видом на Никольский скит, испив чая на травах.
После революции Валаам стал частью Финляндии. Советско-финская
война вновь отодвинула границы на запад, и в 1940-м в стенах обители обосновалась школа юнг. А монахи уплыли в Финляндию, где основали Ново-Валаамский монастырь, действующий и поныне. Из прежней братии назад, в монастыри России, вернулись единицы. И лишь в 90-х годах прошлого века обитель начала возрождаться. Здесь и сейчас полным ходом идут строительные, реставрационные работы. Сооружаются фермы для форелевого хозяйства. В теплицах на солнечных батареях выращиваются фрукты и ягоды. Ветки яблонь в саду склоняются до земли. А местные жители, проживающие в коммуналках с печным отоплением, не хотят покидать остров, на котором царит умиротворение.
Когда поздно вечером вновь подъезжаешь к Петербургу, видишь россыпь огней громадных многоэтажек строящихся микрорайонов. Уходящие до горизонта ряды небоскребов, завораживающий конгломерат форм, целая галактика, сияющая своими разноцветными звездами-окнами в черном небе. Каждое окошечко тоже остров, где идет своя жизнь.