№34 (6435) от 08 мая 2026
Госсекретарь Марко Рубио заявил, что операция «Эпическая ярость» завершилась. Трамп назвал её объявленный финал полной победой, но… ни одну из поставленных перед собой стратегических задач США в ней так и не решили.
Иранский «режим религиозных фанатиков» не только не был заменён на более удобный гегемону, но и значительно усилился. Всем в Иране и вокруг него стало ясно, что страной управляют люди, готовые жертвовать собой в битве с заклятым врагом. Они принимают высшие государственные посты, зная, что, скорее всего, будут убиты. При этом иранские оппозиционеры, выходившие на антиправительственные митинги под американскими и израильскими флагами, унижены и посрамлены. Они молча несут клеймо нацпредателей.
Иран не капитулировал. Наоборот! Персы уверенно диктуют условия самозваному победителю, в то время как экономики государств, зависимых от импорта ближневосточной нефти, настойчиво «просят ухи» – совсем как брат Митька из фильма «Чапаев».
Запасы обогащённого урана до сих пор остаются в Иране. Если б ситуация хотя бы отдалённо напоминала ту, которую публично декларируют Трамп и Рубио, эти запасы давно стали бы разменной монетой. И спор шёл бы не о том, вывозить или нет, а всего лишь о месте их дальнейшего хранения – в Россию отправить, в Турции прикопать или торжественно передать США. Штаты, конечно, были бы особенно рады последнему из упомянутых вариантов, но их желания, как оказывается, далеко не всегда совпадают с имеющимися возможностями.
Иран продолжает поддерживать антиизраильские силы на Ближнем Востоке. Поэтому у Израиля ещё меньше оснований называть себя победителем, чем у его американского союзника. А если учесть, что втравили Трампа в иранскую авантюру именно израильтяне, понесенный ими репутационный ущерб выглядит посерьёзнее полученного американцами.
Ну и, наконец, последнее: ракетная программа Ирана как продолжалась, так и продолжается. Остановить её американцам не удалось даже экстраординарными мерами вроде угроз применения ядерного оружия, слитых через услужливую прессу. Ракетный потенциал Ирана остается сильнейшей фигурой на геополитической шахматной доске.
Какие выводы из этого расклада видятся особенно важными отсюда – из Рязани? Их, в принципе, два.
Вывод первый. Наши оппоненты ничему не учатся. Они строят свои стратегические операции, исходя из заниженных оценок силы противника и мощи возможного ответа. При этом главным рычагом давления на объект агрессии оказывается комплекс специальных мер, рассчитанных на дестабилизацию жертвы изнутри.
Он выглядит внушительно и логично. Включает информационно-психологические диверсии, антигосударственные происки «пятой колонны», вербовку элит, беспардонное вмешательство во внутренние дела – вплоть до действий по организации государственного переворота. Однако эффективна эта система только там, где не встречает организованного противодействия.
В Иране она сработала так же топорно, как в 2022 году в России. Помните? Враг всерьёз рассчитывал, что российская властная вертикаль немедленно рухнет, если «прогрессивные слои населения» покинут страну. Он подготовил и организовал эту «релокацию», но получил обратный результат: уехали те, без которых тут гораздо легче дышится, а российское государство не прогнулось под этой атакой и наглядно продемонстрировало супостату огромный резерв прочности.
Вывод второй. Специальную операцию на Украине нельзя закончить директивно – просто взять и объявить себя победителями. Цели СВО обязательно должны быть достигнуты!
Купить электронную копию газеты