№20 (6224) от 15 марта 2024

В Рязанском художественном музее работает выставка к 215-летию Николая Васильевича Гоголя

Большинство представленных произведений – графика, включая эстампы XIX века (в том числе авторства И.П. Пожалостина, чье имя носит музей), но есть и скульптура, и дымковская игрушка. Созданные великим писателем образы – как вполне реалистичные, так и фантасмагорические – привлекали художников еще при жизни автора. И вот уже больше полутора столетий выдающиеся мастера стараются найти визуальный эквивалент тому, что рисует им воображение при чтении бессмертных строк.

Надо быть конгениальным автору, чтобы создать нечто соответствующее по художественному уровню. Что хорошо понимал и сам Гоголь, комментируя иллюстрирование другими своих сочинений. (К слову, он посещал натурный класс Академии художеств и нарисовал первую обложку к «Мертвым душам»). Вроде бы всё так «зримо», с деталями описано – а попробуй изобразить подобный мир…

Впрочем, не только художникам, но и всем читателям, режиссерам, актерам Николай Васильевич оставил много загадок. Не зря на многих портретах Гоголя мы видим лукавый взгляд и легкую улыбку из-под усов – сразу думаешь о тайне, как в случае «Моны Лизы» Леонардо да Винчи. Портреты писателя тоже есть на выставке – наряду с иллюстрациями к произведениям, изображениями окружавшей Гоголя среды и современников. Эти два направления в экспозиции не разделены, они дополняют друг друга, позволяя вести разговор и о личности автора, и о его творчестве, и о влиянии на других писателей.

Среди «биографических» работ – пейзажи значимых для Гоголя городов: Петербург, Москва, Киев, Рим; круг его общения: издатели, литераторы, критики. Пушкин, Некрасов, Белинский и многие другие… Пожалуй, наиболее интересна в творческом плане работа современного автора: офорт Евгения Мациевского «Дом Н.В. Гоголя» (1987 г.). В фантасмагоричном изображении московского особняка, где скончался писатель, проглядывают не только гоголевские, но и явно булгаковские нотки.

Конечно, главная «изюминка» коллекции иллюстраций РХМ – это акварели и рисунок карандашом 1860-х годов рязанца Петра Боклевского с героями «Мертвых душ»: острохарактерные образы Чичикова, Коробочки, Плюшкина… Часть из них обычно находится в основной экспозиции. В фондах и на выставке есть не менее выдающиеся иллюстрации. Но оттисков в печатной графике может быть несколько, а акварели, рисунки существуют в единственном экземпляре. Так, литографии из альбома ХIХ века к «Вечерам на хуторе близ Диканьки» Владимира и Константина Маковских, Ивана Крамского, Иллариона Прянишникова и иных авторов есть и в других собраниях. Представлены известные ксилографии выдающегося художника Владимира Фаворского рубежа 1920-30-х годов: портреты Лермонтова и Достоевского, гротесковые иллюстрации к повести «Иван Федорович Шпонька и его тетушка».

Одна из мощнейших в художественном плане – серия литографий Евгения Кибрика середины 1970-х к «Портрету» из «Петербургских повестей». Это последняя работа мастера, где он виртуозно выражает внутренний конфликт художника… И никак не пройти мимо большого цикла литографий Анатолия Зыкова, посвященных «Шинели» (конец 1970-х – начало 1980-х). Холодный Петербург и маленький человек в нем… Всё решено не на уровне «пересказа»: Кибрик и Зыков создают атмосферу, мир Гоголя художественными средствами – линия, пятно, при этом виден и почерк самих авторов.

В неожиданной роли выступает известный советский живописец Аркадий Пластов с гуашью «Ночь» – иллюстрацией к «Тарасу Бульбе».

Выставка (6+) будет работать до 12 мая. Скоро начнутся кураторские экскурсии искусствоведа Нины Павловой, за расписанием можно следить на сайте и в соцсетях музея.

Елена Ступина
Фото Елены Ступиной