№6 (5911) от 29 января 2021

Эту беспроигрышную стратегию выбрал Игорь Николаевич Концевой

Как могут уживаться в одном человеке Гельмут Коль и Шалунишка? Между тем Игорь Николаевич Концевой был цельной личностью, соединявшей солидность и уравновешенность с ребячеством и мягкостью характера, веселым добродушным нравом. Идеальное, в общем-то, сочетание для ­фотографа.

В шутку он мог поворчать на кого-нибудь, назвав шалунишкой, и это словцо так понравилось журналистам, что они по-дружески встречали иногда этим прозвищем своего коллегу. Впрочем, уже мало кто может вспомнить те уютные посиделки в кабинетах старой редакции «Рязанского комсомольца» и «Приокской правды» на Ленина, 35. Заметно поредело то поколение шестидесятников. «Нашим Гельмутом Колем» за надежность и внешнее сходство звали Игоря Николаевича сотрудники Дома народного творчества, где он работал практически до своего последнего часа.
Отчетливо сохранилось в памяти: репортажная съемка события, Игорь Концевой возвышается над толпой, выделяясь своей степенностью и монументальностью профессионала. Даже фотоаппарат у него был крупнее, чем у других репортеров, – среднеформатный, широкопленочный, похожий на кинокамеру. Не все его друзья-фотографы знали, что в юности Игорь мечтал поступить во ВГИК на кинооператора. Не пустила мама. Как отпустить любимого сыночка, единственного мужчину в семье, в беспокойную столицу? Мужа после войны Александра Федоровна не дождалась. Но и врачом по примеру родителей (мама – педиатр, отец – хирург) Игорь не стал. Не тянуло. Себе он уготовил другую стезю – закончил рязанский радиоинститут, работал в НИИГРП «Плазма» инженером-испытателем и никогда о своей засекреченной работе не рассказывал.
Трудился на совесть, в 1980 году получил звание «Ударник коммунистического труда», а душа лежала к фотографии. Вечером, прямо с завода он отправлялся в редакцию на улицу Ленина. Там и состоялось его окончательное знакомство с будущей женой, переросшее в долгую совместную жизнь. Окончательное, потому что до этого они встречались дважды. Первый раз Игорь фотографировал свою будущую избранницу, когда Зоя пошла в первый класс. Разница в возрасте у них была 15 лет. Вторая фотосессия состоялась в день ее выпускного. Вчерашние десятиклассники встречали рассвет, а Игорь делал жизнерадостный репортаж для газеты. И, наконец, судьбоносная встреча произошла в том самом доме на Ленина, где помимо газет размещалась еще и редакция рязанского радио, туда Зоя Николаевна пришла работать электромехаником, звукооператором после техникума. Выглядело это так, как будто бы Игорь поджидал ее всю свою жизнь.
Когда он ушел с завода и полностью посвятил себя фотожурналистике, Зоя Николаевна отнеслась к этому спокойно. Будет ли в семье меньше денег – ее не волновало. Игорь жил на гонорары, иногда подрабатывал фотографом на свадьбах и был, кажется, совершенно счастлив оттого, что занимается любимым делом.
Концевой был первым сотрудником, с которым познакомилась журналист Наталья Золотых, придя в «Рязанский комсомолец». «Он мне сразу сказал: «Наташ, тебе нужно придумать красивый псевдоним. Обязательно на первую букву имени. Например, Наталья Начальная. Звучит?» Конечно, звучало. Только как же под фамилией Начальная подписывать «Фото Концевого»? Так я и не придумала себе звучный псевдоним. С Игорем работать было одно удовольствие. Мы много писали тогда о гостях города – артистах театра, кино, эстрады, филармонической сцены, цирка. Концевой их умел и любил снимать, обеспечивая редакционный портфель прекрасными иллюстрациями. Если была возможность, он снимал их на репетиции. Потому что во время представления зрители начинали отвлекаться и смотреть на него. Такой уж он был яркой личностью – и в жизни, и в работе».
Журналист Вячеслав Чирков вспоминает фотогалерею своего друга: Алла Баянова, Клавдия Шульженко, Анна Герман, София Ротару, Иосиф Кобзон… Олег Табаков, Андрей Миронов, Юрий Соломин, Анатолий Новиков, Элина Быстрицкая… И еще десятки знаменитых артистов, спортсменов. Снимки репортера появлялись в фотоокне «Рязанского комсомольца» на улице Свободы буквально через несколько часов после окончания соревнований или городского праздника. Были у него хорошие учителя – звезда советской журналистики Виктор Кожемяко, корреспондент ТАСС Глеб Удальцов… Да и от общения с нашими рязанскими журналистами той поры Игорь Николаевич подпитывался благодатными творческими энергиями. Какие были имена! Виталий Панкратов, Юрий Казарин, Галина Чернова, Леонид Соколов, Вячеслав Чирков, Владимир Захаров, Татьяна Банникова, Александр Романов, Станислав Юшковский, Святослав Соломатин…
Настоящей страстью Игоря Николаевича была съемка цирковых представлений и звезд манежа.
– Благодаря папе цирк открылся мне с неожиданной стороны, – вспоминает Анастасия Буланова. – После представления мы шли общаться с артистами, и я видела знаменитых клоунов, дрессировщиков без грима и костюмов, как обычных людей. Этим превращениям, вернее, перевоплощениям я удивлялась больше, чем фокусам. Папа уточнял у них какие-то детали, записывал в блокнот, и в этот же вечер печатал фотографии. Иногда я помогала ему ретушировать снимки. Он был открытым и общительным человеком, но до определенного предела. Наступал момент, когда ему нужно было остаться одному и побыть наедине с собой, своими мыслями. Я ни разу не видела его угрюмым, мрачным. Казалось, что плохое настроение его никогда не посещает. Он всегда бы наполнен жизнелюбием, не интересовался материальными вопросами. Заработки был приятным дополнением к тому, чем он занимался, а как фотограф он превосходил многих – умел почувствовать, разглядеть в человеке его самые симпатичные черты и высветить их в кадре.
На персональную выставку Игорь Концевой так и не решился ни разу в своей жизни – не выносил публичности, держался скромно, в тени. А вот других людей, своих коллег, пытался продвигать. Отправлял в Союз фотохудожников лучшие снимки членов народных кинофотостудий области – он был куратором этих объединений, работая в Центре народного творчества, куда его пригласил директор Вячеслав Коростылев, известный фольклорист. В 1994 году Концевой провел международную выставку «Фотографируют женщины» совместно с Союзом фотохудожников России и Российским государственным Домом народного творчества.
– Всегда легкий на подъем, он готов был отправляться в командировки в самые дальние деревни области, да еще и подшучивал: мог подложить молодой сотруднице в сумку кирпич и невозмутимо наблюдать реакцию со стороны, рассказать что-нибудь смешное и анекдотичное из своей практики, – говорит директор ОНМЦ Елена Шаповская. – Многих глав районов области, председателей колхозов он знал лично, но связями своими пользоваться стеснялся. Пускал их в ход только ради нас, доставая дефицитные в то время продукты. В начале 90-х у нас ведь дело дошло до продуктовых карточек. Наш женский коллектив почитал его за отца родного. Мы знали, что у нас есть два настоящих мужчины – Вячеслав Коростылев и Игорь Концевой. С усердием и достоинством он подходил к любому делу – будь то фотография или помощь в режиссуре, написании сценария, и его врожденная интеллигентность способствовала успехам всякого начинания. В праздники мы знали: Игорь Николаевич придет угощать нас своей фирменной облепиховой настойкой, и под его рассказы она пилась особенно хорошо, оставляя послевкусие доброго, искреннего общения.
А какие дыни, арбузы он привозил из командировок в Ашхабад, Ташкент, когда работал инженером на секретном предприятии! Звонил в редакцию: «Ребята, встречайте». И редакционный «газик» возвращался на базу с дарами от общего друга.
Всякое бывало в редакциях тех, давно исчезнувших газет. Чьи то имена уже почти забылись, канули в подшивках злободневные материалы, ушли из жизни их авторы и герои. Помнятся добрые слова, которыми Игорь Николаевич Концевой подбадривал своих коллег после неудачных командировок или очередных разносов на планерках, всяческих драм в личной жизни. Через уста, через строчки воспоминаний эти слова возвращаются в наше время, лишний раз подтверждая истину: все проходит, превращается в прах, кроме того, что доброго сделал человек для других.
– Вот одна из моих любимых фотографий, – показывает Анастасия. – Папа на Первомайском проспекте. Стоит с мечтательно задумчивым выражением лица посреди всеобщего движения, никуда не спешит. Ему хорошо.
Он никуда не спешил и все успел, использовав по максимуму свой отрезок времени – с 1935 по 2013 год, и после нескольких микроинсультов легко забыл этот мир.
– Помню, он приехал из Прибалтики с неожиданным подарком, которому мы удивились. На все командировочные, рублей на сто по советским временам, он купил гору конфет в ярких, блестящих фантиках, которых мы здесь в Рязани никогда не видели. Высыпал это разноцветное великолепие на стол. Гора была огромной.
Он хотел дарить не конфеты, не фотографии, а восторг, который за деньги не купишь. Его можно выручить только за талант и щедро раздать людям. Талант столь же бесценный и прекрасный, как миллион алых роз.

Димитрий Соколов
На снимках: И.Н. Концевой, фото из семейного архива