О том, чего нет

№42 (6443) от 05 июня 2026

В начале мая Союз журналистов России исключили из Международной федерации журналистов (IFJ). Вы думаете за что? За то, что наши журналисты пишут про СВО? Ничего подобного.

Президент IFJ Доминик Прадали заявил, что создание российским союзом филиалов в ДНР, ЛНР, Херсонской и Запорожской областях «разрушило солидарность» и «посеяло разногласия» между ассоциациями, входящими в федерацию, т.е. СЖР подорвал единство мирового журналистского сообщества. Серьёзное обвинение – ничего не скажешь. Тем более что думали в федерации над окончательным решением долго: ещё в 2023 году членство СЖР в IFJ было приостановлено.

А через две недели произошла ракетная атака на студенческое общежитие в Старобельске, в результате которой погибли 21 и пострадали 44 человека. Произошла эта трагедия 22 мая. На следующий день по инициативе России было созвано внеочередное заседание Совета безопасности ООН, чтобы обсудить происшедшее. Суждения были высказаны разные, в том числе и потрясающие свои цинизмом. Когда постоянный представитель РФ при ООН Василий Небензя задал коллегам довольно эмоциональный вопрос: «Неужели вам не стыдно?» – услышал ответ Кристины Лассен из Дании: «Мы не чувствуем стыда».

Выходит, что российский представитель апеллировал к тому, чем его оппоненты не обладают – они стыда не чувствуют. Та же самая бесстыдная дама на том же самом заседании поделилась своим мнением о российских СМИ: «В России и на оккупированных территориях нет свободных СМИ». А у них, значит, все СМИ свободны. От чего? Не от совести ли?

Представителей этих самых свободных СМИ наш МИД пригласил в Старобельск, чтобы сами посмотрели, что произошло, и сами сообщили своим читателям о том, что увидят.

Не буду называть здесь тех, кто отказался поехать, потому что не захотел, или потому что начальство запретило, или из-за отпусков. Бог им судья. Приехали в Старобельск более 50 журналистов. Ходили, смотрели, задавали вопросы, выслушивали ответы… Кто-то высказывался об увиденном, кто-то отмалчивался. После этой поездки в Старобельск в странах Европы так и не появилось аргументированных сообщений о теракте, совершённом украинскими военными.

Ещё через несколько дней на пресс-конференции в Астане президент России В.В. Путин в ответ на вопрос российского журналиста довольно эмоционально высказался о работе наших зарубежных коллег:

«Позор и кошмар. Они просто обманывают своих граждан. Наш удар был тоже в ответ на их преступления в отношении детей в Старобельске: был наш удар по Киевскому региону. О том, что мы ударили по Киевскому региону, – с утра до позднего вечера: злобный, такой-то, агрессор, опять ударил, вот такие-то разрушения, такие-то проблемы. Ну вы знаете, вам, представителям средств массовой информации, должно быть стыдно за ваших коллег. Ни слова вообще, просто ни одного слова о трагедии в Старобельске, о том, что дети погибли, что целенаправленно убили наших детей, ни слова, вообще как будто этого не существует. Ну что это такое? Это средства массовой информации? Нет, это средства массового одурачивания».

Что тут ответишь главе государства? Конечно, профессиональный стыд существует. Ведь вроде бы одно дело делаем. Но судя по всему, некоторые из наших коллег не чувствуют стыда. У них его давно уже нет. Трудно оценивать степень воздействия того, чего нет.

Утешает только одно: есть и там честные журналисты. Их немного. Им очень трудно работать. Но они есть. Только не в брюссельской конторе IFJ, решившей собственное столетие отметить исключением нас из своих рядов. Пусть теперь без нас поскучают.