Уходящая натура


246

В Рязанской области есть деревеньки, села и поселки, где жизнь угасла и вряд ли когда-нибудь вновь возродится. Старики умерли, а их дети и внуки давно уже перебрались в город или другой населенный пункт, более крупный и комфортный. Сколько в нашем регионе деревень-призраков, сказать трудно. Где-то лучше сохранились, где-то хуже. Однако осиротевшие домики, стоящие зачастую без окон и дверей, представляют собой историческую ценность, так же, как и полуразрушенные храмы, которых достаточно на Рязанщине.


 

Путешествиями по Рязанской области и соседним регионам Константин Лукин увлекся несколько лет назад. Сначала для поездок выбирал известные туристические маршруты. А потом, признается, захотел побывать в самой что ни есть глубинке.

Чудо архитектуры

В одну из первых поездок отправился вместе с приятелем Михаилом Ванишевым. Пару дней заняло непростое путешествие по бездорожью в Пителинский район. Специально выбрали такой путь, чтобы проверить себя и внедорожник, полюбоваться природой вдали от оживленных трасс.

«Мы не учли, что погода может поменяться: резко похолодало, пошел дождь. Изрядно замерзли и промокли, потому что у нас не было соответствующей экипировки. Машина несколько раз крепко застревала, – вспоминает Константин. – Зато посмотрели в селе Нестерово церковь Дмитрия Солунского, а в селе Пет – церковь Введения Во Храм Пресвятой Богородицы».

По словам Константина, последняя особенно впечатлила своей монументальностью и красотой. И это неудивительно, ведь данный храм, выполненный в неорусском стиле, в России, пожалуй, – единственный в своем роде. Введенская церковь в Пете построена по проекту гражданского архитектора Александра Георгиевича Молокина по передовой для начала XX века технологии – с использованием железобетона. А еще храм имел калориферное отопление: горячий воздух, получаемый в подземных калориферах (печах) и разносимый с помощью подпольных горизонтальных каналов к коротким вертикальным каналам, распространялся по всему помещению. Благодаря этому в просторной церкви было всегда тепло. По рассказам старожилов, когда-то церковь украшали оконные витражи. Свет через них падал так, что в любую погоду казалось, что на улице солнечно. В центре зала висело огромное паникадило, украшенное хрусталем. Теперь в храме от былого богатого убранства осталась только одна фреска (изначально было несколько). После революции Введенская церковь использовалась как склад, потом долгое время пустовала. Сейчас ее постепенно восстанавливают, по большим православным праздникам проводят богослужения.

Неожиданная встреча

Константин говорит, что запоминающаяся поездка в Пителинский район научила его заранее планировать путешествие и строить маршрут. В этом помогают спутниковые снимки и топографические карты времен СССР, а также интернет-ресурсы, в частности сайт sobory.ru. Там можно найти информацию о церквях, в том числе полуразрушенных. «Обычно езжу в одиночку на два-три дня, а два раза в год устраиваю 10–15-дневные экспедиции по вымершим населенным пунктам, – рассказывает мой собеседник. – Далеко не всегда получается доехать до цели. Бывает, что дорогу найти невозможно – так все заросло».

Название населенных пунктов Константин просит не писать, чтобы не привлекать внимание охотников за металлом и мародеров. «Сам я никогда ничего не беру из бесхозных домов и церквей, потому что считаю – сколько таким образом прибудет, столько и убудет, только в самый неподходящий момент», – убежден путешественник.

Он вспоминает свой первый многодневный выезд в Кадомский и Ермишинский районы: «Сентябрь 2017 года, одна из точек – деревня в Ермишинском районе, на картах обозначенная как нежилая. Хотелось, главным образом, посмотреть находившуюся там церковь. Дорога лежала через лес. Смотрю – хлипкий деревянный мостик через ручей. Когда вышел, чтобы удостовериться, выдержит ли он, сзади подъехала еще одна машина. Водитель оказался егерем. Его семья – родители, супруга и две дочери – единственные жители этой деревни. Переезжать не хотят, да и некуда. Люди верующие, за церковью присматривают. Сказали, что даже богослужения в ней бывают». Константин поделился, что хотел бы в августе вновь вернуться в ту деревню и узнать о судьбе этих людей, с которыми случайно познакомился.

Будто вышли ненадолго

О поселке Культура, что на границе Сапожковского и Путятинского районов, многие, наверное, слышали. Да вот только добраться до него чрезвычайно трудно даже бывалым джиперам. На неподготовленном автомобиле и вовсе не доедешь – кругом болота. «Зато сохранность Культуры практически стопроцентная. Люди не живут там много лет, а такое ощущение, что просто ненадолго вышли: в домах – вещи на своих местах, русские печи в хорошем состоянии, хоть сейчас затапливай», – продолжает Константин.

Он считает, что этот поселок, основанный в 1928 году с целью лесозаготовок, изначально был обречен из-за своего труднодоступного местонахождения. И еще один фактор – в Культуре никогда не было школы, дети ходили учиться по топям за семь километров в село Унгор. Судя по документам, последний житель поселка умер в 2004 году. Сейчас там даже дачников нет.

Знать и помнить

 

Поездки по бездорожью в заброшенные, покинутые людьми уголки нашей области – увлечение, которое требует значительных материальных затрат, времени, порой здоровья и физических сил. Однако, по словам Константина, хобби дает ему возможность получить новые знания, представить, как жили в деревнях раньше. Особенно интересны мужчине архитектура и технологии строительства, в каждой местности они – индивидуальны. Летом путешественник планирует побывать в деревне староверов в Касимовском районе и одной из заброшенных деревень Клепиковского района.

А в минувшие выходные Константин в Сапожковском районе посетил могилу и заброшенный дом участницы Великой Отечественной войны Елены Александровны Кузнецовой. «В ее доме остались фотографии и письма, из которых становится понятным, что она многое сделала, чтобы начали восстанавливать Покровский храм в Лукмосе», – отмечает Константин.

Во время своих поездок он всегда старается сделать фото и видео, которые можно посмотреть на его YouTube-канале и в соцсетях. «У меня нет цели на своем увлечении заработать или прославиться, – говорит Константин. – Просто хочется успеть запечатлеть разрушающиеся храмы, дома, предметы быта и рассказать о них людям, ведь это – уходящая натура».

Ольга Драган
Фото Константина Лукина и Ольги Драган